Мир льда (книга 2). Глава 3: Избранные.


p { margin-bottom: 0.25cm; line-height: 120%; } Подходила к концу, вторая неделя пребывания, в северных горах Китая. Солнце, едва показалось за снежной шапкой, прилегающей к равнине горе. Золоченым светом, лучи ярко осветили зелёную поляну, искрясь каплями росы на траве. Редкие насекомые, выползли из своих ночных укрытий, разминая свои тела и крылья. Тёплый воздух, туманом опустился на бурлящую горную речку, унося свои холодные воды, куда-то в Монголию. Сегодня, как обычно, Владимир собирался на охоту. Он проснулся спозаранок, оделся, выбрался из деревянного шалаша. Взял лук, прислонённый к стене, и быстро побежал в сторону горы, у подножия, которого рос лес. Владимир, бежал, сквозь бор, забираясь всё выше. До сих пор он не мог привыкнуть к высоте. Воздуха, едва хватало, словно бегущий марафон он то и дело терял контроль, сбиваясь с нормального ритма. Учитель, видя слабые места своего ученика, специально отправлял его на четыре часа охоты, а иногда и дольше. Каждое утро, едва взойдёт солнце, Владимир должен был, преодолеть путь в несколько километров пути, к подножию горного пика, кряжа на котором они расположились. Насквозь пробежать хвойный лес, не вызывало особого труда, а вот скалистый отрог, озадачивал, своей тяжестью преодоления высоты. Лагерь их прятался в тени горного хребта, с западной стороны. И подниматься тут было бы самоубийством. Всегда промёрзший, и отвесный край, словно срезанный острым ножом, недружелюбно обнажал гладкие камни, без зазубрин и выступов. Иную картину представлял собой восточный склон, который был плавным, покатым, редкие деревья туго проросли сквозь камни, придавая скалам добрый вид, верхушка горы, таяла под воздействием тёплых солнечных лучей. Да и само расположение скалы было удачным, он хоть и возвышался на двести метром вверх, но был самым маленьким пиком в сравнение с возвышающимися рядом соседями. Лагерь расположился на холмистой равнине, словно на дне глубокой тарелке, окружённый вековыми горами, на высоте в тысячу семисот метров. Так что возвышающиеся громадины в три и четыре тысяч метров, со дня сосуда смотрелись величественно, но не устрашающе, как если бы они оказались по другую сторону скал, на нулевой высоте. Вот и сейчас, ранним утром, найденной личной тропой, Владимир огибал северный склон, пробираясь к облюбованному восточному горному хребту. Растущие тут низко ветвистые шероховатые ели, неприятно цеплялись за одежду, приходилось петлять, огибая широкие пояса деревьев. Восточный склон, миролюбиво открывался взору. Его освещённый солнцем край, не тронутой рукой человека, чистый и девственный, на границе цивилизаций. Протоптанная тропинка, бежала вверх аккуратным зигзагом. Подниматься было сложно, солнце припекало спину нещадно. Молодой человек то и дело поскальзывался на мокрой росе. Испарения влаги, вызывали духоту. Но вот почти что вершина. Владимир, остановился, тяжело дыша, упёрся ладонями в колени, опустив голову. Потихоньку кровь перестала стучать в висках. Каждый день он не переставал восхищаться красотой здешней природы. Владимир, сел на колени, закрыл глаза, подставляя лицо свету. Лёгкий ветер трепал волосы, приятно остужая после изнурительной пробежки. Несколько глубоких вдохов и выдохов. В голове застыла картинка, вдали стоящие три заснеженных пика, как зубы акулы, возвышающиеся над землёй. Низкие облака, белым туманом, словно призраки спускались к верхушке горы. Зелёное предгорье, что скрывает в растущих деревьях, бурную горную реку. Звук раскатов, бурлящей воды, как горн разносится над скалами, а бьющиеся камни, как живые выныривают на поверхность, снова падая, унося с собой потоки пузырящегося воздуха. Картинка сменилась темнотой, как воздушные шарики, мглистые пятна переливались, смешивались, образуя цветные вариации черно-красного, черно-зелёного, черно-синего и других расцветок. Но и после картинка смывалась, как дождь, смывает пыль с окна. Подул ветер, немного сильнее, чем был прежде, Владимир, покачнулся, открывая глаза, посмотрел на наручные часы: «Боги, я уже сорок минут тут», - удивился он. Вскочил на ноги, взял лук, лежащий рядом, и снова вздохнув несколько раз, побежал к подножию. Спускаться было одно удовольствие, уже внизу он свернул к реке. Прошёл мимо трёх установленных силка, на мелких животных. Сегодня дикой природе повезло, никто не попался. Значит, придётся охотиться. Достал стрелу, прислонив её поверх рукояти лука. И как можно тише пошел в глубину леса. Владимир не любил охоту, ему не нравилась рыбалка, но тут вдали от магазинов и ресторанов; другого источника пищи, им было не отыскать, приходилось рыбачить, охотиться, и вовсе не для удовольствия. Это была необходимость, сохраняющая их жизни. Охотились они ровно столько, чтобы хватило для выживания, ни в коем случае не больше. Все кто выходил на охоту, установили для себя рамки, не убивать детёнышей, беременных и кормящих самок. И если так получалось, находить раненное или заболевшее животное, то предпочтение отдавали ему. Сегодня Владимир выследил горала. Сидя перед убитым на коленях, попросил прощения, взвалил себе на плечо и пошёл в лагерь.
В лагере уже все были на ногах. Издали Володя заметил, как ребята волокли тяжёлую бревёнчатую крышу, на их самодельный, молитвенник. Учитель сидел поодаль, наблюдая. Он небрежно вытянул ноги, и курил свою излюбленную трубку, с лекарственными травами. Владимир положил тушу животного, и присоединился к ребятам. Наконец, воля учителя была исполнена, крыша водружена, и закреплена. «Мы пользуемся дарами здешних мест, и пусть даже ненадолго, но мы должны отплатить, за добро. Пусть это сооружение простоит год, два, может быть пять лет. Но вы сами будете помнить, о том, как старались, стирали руки в мозоли», - говорил учитель. Ученики, не спорили, беспрекословно подчиняясь. Потом, учитель разбил их на пары, давая ценные замечания, заставил отрабатывать приобретённые боевые навыки. Сегодня противником Владимира, был Юни - молодой финский парень, восемнадцати лет. Он был самым младшим членом их группы, и одновременно самым коварным. У него были острые черты лица, высокие скулы, длинные русые волосы по самую талию, которую перед битвами он стягивал лентой в спираль, длинная коса, не мешая, лежала вдоль позвоночника. Сам, он был высок и худощав. Как Владимир шутил, глядя на него: «Ты как сигаретка, со светящимися синими глазками». За что действительно он получил признание и уважение, так это честность. Он даже не скупился на острые, но справедливые слова учителю. Порой оставалось удивляться, как его ещё не придушили в тёмном переулке, за вспыльчивость, и тут же всплывал ответ - он сражался, как бог. Быстро, хладнокровно, и безжалостно.
Юни, стоит, слегка переминаясь, с ноги на ногу. Острый взгляд прикован к противнику. Со всех сторон, уже слышны, глухие удары о землю, или шипение знаменующее, что чья-то атака достигла цели. Некоторые, молча, словно в танце кружились друг перед другом, запутывая и ища слабые места. Владимир, медленно двинулся к Юни, тот тоже пошел, но в бок. Бросок, удар тыльной стороной ладони, прошёл мимо Юни, зато он успел поднырнуть под руку Владимира, поймав запястье, заступая за спину, и выкручивая сустав. Владимир, зашипел, но быстро собрался, удар локтём свободной руки, толчок под дых, выход из захвата. Снова наступление, Юни, отходит, как кошка, пятясь назад. Резкий кувырок вперёд, Владимир отскочил. Блок. На этот раз Юни, подныривая, атаковал ногами, удар по берцовой кости, Владимир теряет равновесие, было уже обрадованный Юни, ухмыляется. Зря, удар стопы, сбивает с ног молодого финна, тот плашмя, плюхается на землю, переворачивается на спину, кувырок через голову, и он уже на ногах. Но не долго, Владимир разбежался, сбивая с ног молодого парня. Тот, изловчившись, быстро выпутался из захвата, готовясь атаковать.
- Стоп! – прокричал учитель. – Хватит, поблагодарите друг друга, и по очереди заходите в хижину, мне нужно с каждым поговорить. Остальные, садитесь вокруг костра, и попытайтесь прочувствовать границу пламени. Попробуйте сдвинуть пламя, управляясь с его энергией.
Затем он ушёл. Все кружочком расселись вокруг костра. Первым пошёл общаться с учителем, канадец по имени Лим. Владимир, посмотрел на огонь. Закрыл глаза. Некоторое время под закрытыми веками, он видел язычки угасающего пламени. Затемнённый, оранжевого цвета огонь, извиваясь, колыхался. Потом наступила темнота. Молодой человек прислушался к ощущениям. Тепло, очень тепло. Лицо и грудь пылали, а вот спина холодела. Промелькнула западавшая мысль придвинуться ближе, но было уже поздно. Владимир ощутил, тяжесть во всём теле, он не стал бороться со своими легкомысленными желаниями, согреться, а поддался окутывающей его сознание слабости. Звуки трескучего костра, постепенно угасали, откликаясь едва различимым шипением. Шёпот огня, придвигался всё ближе. Словно вода, пробирающаяся по низине. Владимир поставил мысленный блок, огонь, возмущенной змейкой попытался подняться над воздвигнутой стеной, но неуклюже упал обратно на чёрные угли. Язычок пламени, закрутился колечком, снова устремляясь к человеку. Владимир протянул руку, иллюзорно, внутри себя. Внешне, ничего не изменилось, он так и сидел, у костра, словно спящий положил голову себе на грудь, тяжело и глубоко дыша. Тем временем, костерок, пугливо, но любопытно, тянулся оранжевым язычком, к ладони живого существа. Владимир чувствовал, как огонь, приближаясь, обжигал. Хотелось отнять руку, но нельзя, терпеть, нужно терпеть. Это же только иллюзия. Боль, как иголка впилась в ладонь, в тот момент, когда маленький огонёк перелез на руку. Владимир, плотнее сжал губы. Секунду, за секундой убирая вспышки боли. Постепенно, привыкнув, резь престала беспокоить, сменяясь покалывающим ощущением. Он поднял руку, к глазам, заставляя огонёк, плясать. Приблизил вторую руку. Огонь, весело махнул хвостиком, перелетел на соседнюю ладонь. Владимир резко взмахнул кистью, огонёк сорвался, полетев вверх, и затем устремился в костёр. Огонёк, сдружившийся с человеком, старательно полз к центру, застревая, будто находился в сосновой смоле. У самого центра кострища, окрашенным алым цветом; цветом аортальной крови, огонь, взорвался, выплёвывая горячие капли. Пламя, вспыхнуло, словно облитое чем-то горючем. Фонтаны искр, разлетались, устремляясь в небеса, а там они окрасили облака, в причудливые желто-оранжевые цвета.
Владимир открыл глаза, привыкая к яркому свету, и к темноте, что окружала его вокруг. Шея затекла, он осмотрелся, некоторые ребята, всё ещё находились в трансе, у большинства у ног лежали закрытые футляры. На пороге молитвенника, стоял мастер Донг. Он жестом пригласил Владимира. Тот поднялся, по пути, потягивая задеревеневшие мышцы. Вошёл в тёмное помещение. Тут было немного теплее, от того, что ветер не проходил сквозь стены. Пожилой учитель, сел приглашая Владимира последовать его примеру. Тот послушно опустился. Учитель достал трубку закурив, зажмурил глаза. Владимир, расслабил спину, посмотрел на бревёнчатый пол. Мысленно посылая свою тень, к костру. Тень незаметно юркнула, в центр кострища, наблюдая за товарищами. «Юни, халтурит, видно, что даже не пытается достичь спокойствия», - видела тень.
- Да, Юни, балагур и шут. Ему тяжело даётся отпускать свою душу. Зато, не смотря на его возраст, он очень силён. Но учиться ему долго, - проговорил учитель. Тень тут же влетела обратно в тело Владимира. – А вот твой дух самый сильный, что ж греха таить, тут ты преуспел. Спокойствие, выдержка, знания. Не самый сильный физически, но этот недостаток с лихвой компенсируется внутренним характером. Ещё тринадцать лет назад, ты был твёрд, как алмаз, не гранённый, зато сияющий. В этом лагере, я собрал своих лучших учеников. Самых лучших. Но вам и тебе, в том числе предстоит пройти много испытаний. Много искушений. Нужно будет отыскать ответы, и принять верные решения. Правильные. Возможно, эти решения будут претить тебе, но они будут важны во блага спасения душ. Твоей души, или даже жизни твоих близких, и друзей. Знаешь, я позвал вас, каждого из вас, чтобы сделать подарок. Индивидуальный дар, ведь аналога среди моих учеников нет. Твоя задача научиться, этим пользоваться.
Учитель протянул, сделанный из дерева ларец, лакированный незамысловатыми японскими рисунками. На панели изображен цветок токкобана, немного мутный, из-за обработанного лаком дерева. Владимир взял в руки футляр, лёгкий, чуть больше килограмма. Открыл крышку, на бархатной подушечке, чёрного цвета, лежало два перекрещенных клинка, точнее традиционно японское оружие «сай». На серебристых лезвиях, причудливо отсвечивались языки пламени, что горели за порогом.
- Я хочу, чтобы ты, прежде всего, научился им пользоваться, для самообороны. Иди!
- Спасибо, учитель, - сказал Владимир.
Он поклонился, прикоснувшись лбом, пола, закрыл крышку футляра, и вышел на воздух. Когда учитель поговорил со всеми, он присоединился к молодым людям. Учитель сегодня ударился в философию и историю. Он рассказывал о легендах, того или иного оружия. Параллельно отвечая, на множество вопросов, задаваемых учениками. Наконец, мастер Донг поднялся на ноги, оставляя ребят одних, как обычно предоставляя им самостоятельно решать, чем заняться вечером. Кто-то пошёл спать, кто-то остался у костра изучать подарок наставника. Немногие в их числе был Владимир, ушли медитировать или предаваться молитве.
После костра, зрение ещё долго не могло привыкнуть к темноте, но Володя, за несколько дней выучил всю округу, прислушивался к каждому шороху, принюхивался к разнообразию запахов. Сквозь темноту различал силуэты деревьев, слышал пение птиц, и шелест трав, чувствовал, как пахнет сыростью горная река. Именно туда он и шёл, почти что пробираясь в слепую, полагаясь на слух и обоняние. Звук всё нарастал, заканчиваясь гулом бурлящего потока. Владимир сел на траву посмотрел на воду. Потом поднял глаза к небу. Такому же чёрному, как и пучина у ног. Только спокойнее, и умиротворённее. Молодой человек сел удобнее, вытягивая перед собой ноги. Стал прислушиваться к окружающим его звукам: безумство реки, лёгкий шепот галерейного леса, едва слышимый стрекот незнакомой птицы. Владимир медленно погрузился в дремоту. Порыв ветра, взлохматил волосы. Тень вырвалась из обременяющих оков тела. Находясь душой и разумом в своей тени, Владимир посмотрел на свою физическую оболочку, она словно уснула, дыхание и пульс замедлились, даже температура тела на три градуса опустилась. Тень отвернулась, смотря на реку, тот же самый мир, те же звуки, то же видение, но всё другое. Материальный мир терял свои очертания, звуки, смешивались в едином потоке, тут не существовало расстояния, под ногами река, точно также шумела, как дрозд, в четырех километрах в лесу. Тень опустилась на колени, напротив своего тела. Снова прислушиваясь к звукам, и пытаясь уйти ещё дальше. Она медленно таяла, оседая незримым облачком. Владимир чувствовал, как он оказался в комнате. Там, куда сильнее всего рвалась его душа. Девушка спит на кровати. Он опускается у изголовья, вглядываясь в лицо, необычно измождённое, усталое, и как – будто бы серое. Рука девушки сжимает простыть. Веки дрожал. Ей снится сон, и как будто бы страшный. Она вздрагивает, открывая глаза, и смотрит сквозь тень. Глаза болезненные, уставшие. «У меня нет сил. Помогите мне», - шепчет девушка, притягивая ноги к груди, сворачиваясь в кокон. Она не может видеть тень, не может её почувствовать. Зато Владимир чувствует, как сильнее начинает стучать его сердце, очертания духа, тают, он протягивает руку к лицу девушки, и не может прикоснуться, не может ощутить её, не может обнять, согреть и защитить. Дух, страдая, растаял, возвращаясь в тело. Владимир вздохнул, вскочил на ноги, прошёл пару метров вдоль берега, и потом обратно. «Что делать? Что делать?» - спрашивал он сам себя. Его душа рвётся к ней. Но ему ещё долго обучаться. Он даже не уверен, что это происходило на самом деле, скорее всего это его собственный страх, а мозг просто воплотил эту картинку, в виде ночного кошмара. Он сел над рекой, зачерпнул немного, холодной воды в ладони и умылся. Он пытался убедить себя, что ей ничего не грозит. Просто он скучает. За ней смотрит Витя, ей помогает Маша. Люба полностью увлечена учёбой. Всё идёт хорошо и своим чередом. Он закончит обучение и вернётся. Отгоняя, возникшую было тревогу, он заглушил голос рвущейся души, успокаиваясь, пошёл обратно в лагерь. Костёр уже догорал, но пара ребят, ещё не спали, тренируясь друг с другом. Владимир тихо прошёл в свой шалаш, и, не раздеваясь, рухнул на спальник, засыпая тревожным сном.



Рубрика произведения: Проза -> Фэнтези
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 22
Опубликовано: 08.09.2016 в 04:24
© Copyright: Антонина Лаврова
Просмотреть профиль автора






1