Солэс


Солэс

Пролог
Серое безоблачное небо, лишенное ярких красок, распростерлось над бездушным городом Солэс. Редкие дожди тщетно пытались вселить жизнь в это заостренное верхушками высоток творение людских рук.
Возвышающееся над остальными небоскребами здание корпорации «Чизис», по всей видимости, вознамерилось продырявить своим шпилем расстеленное над ним серое полотно. То и дело мелькающий на огромном экране гиганта логотип компании в виде надкушенного куска сыра, вновь напоминал жителям города Солэса о существовании вездесущей корпорации. Впрочем, даже если люди бездушного мегаполиса вдруг и захотели бы позабыть о присутствии могущественной организации, им вряд ли это удалось. Созданные компанией всевозможные устройства, полностью захватили жизнь слабовольных граждан. Телевизоры, телефоны, внедряемые в организм человека чипы, компьютеры и прочие электронные приспособления - все носило логотип корпорации. Отрыв от реальности и погружение в мир электроники были настолько сильны, что люди не были способны даже улыбнуться изредка появляющемуся солнцу или вслушаться в песнь соловья, случайно посетившего каменные джунгли. Подобно людским душам, редкие деревья в мегаполисе иссыхали. И лишь далекий, безынтересный искалеченной людской натуре пригород, все еще сохранял в себе природное богатство.
Воспитание у людей информационной «любознательности» начиналось с раннего детства. Ребятишкам запрещались подвижные игры и длительные прогулки. Ни о каких поездках в пригород не могло быть и речи! Созерцание природы могло оказать пагубное влияние на детскую психику. Чтение книг в бумажном виде было строго запрещено. Для этого прекрасно подходили компьютеры. Литература всяческих вредоносных направлений, будь то драма, трагедия или комедия, уничтожалась. О театрах или живописи не могло быть и речи. Впрочем, использование серых тонов при создании рисунков новых технологичных проектов на персональном компьютере не возбранялось. Общение между сверстниками происходило исключительно через средства электронной коммуникации, да и то, как можно реже. Зато каждое воскресение все жители Солэса должны были посещать «Месу».
«Месу» - она же Межнациональная единая система уникальности - программа, разработанная «Чизис», чтобы каждый житель в ходе общения с ней, смог найти «свой путь».
Каждое воскресное утро сотни тысяч сигналов с персональных компьютеров устремлялись к главному серверу «Месу», дабы получить подтверждение на вход. В отличие от населения Солэса, система была и вправду уникальна. «Месу» хорошо знала своих собеседников и потому без труда наставляла устремивших свой безжизненный взор в яркий экран монитора людей своими восхитительными проповедями.
А как же быть с нарушителями?
Таких можно было по пальцам пересчитать! Песчинки в океане. Да и что они могут? На работу их не возьмут, жильем не обеспечат. Пусть прозябают с голоду вдали от цивилизации! А если будут сильно шуметь, можно и «перезапустить».
Процесс стирания памяти и установки информационного чипа, моделирующего поведение особо злостного нарушителя, являлся одной из крайних мер, применяемых «Чизис». Конечно «Месу» была бы не прочь перезапустить всех жителей Солэса - так оно надежней. Но, увы! Процесс был довольно накладный и непростой, потому программе приходилось обходиться лишь проповедями.

Глава 1. Новенькая


Школа общей информации №968, или как ее называли представители лидирующих учебных заведений мегаполиса – «дешево» (по первым двум буквам названия каждой из цифр), располагалась близ окраин и потому была не столь популярна среди родителей учащихся. Тем, кто не мог позволить себе отдать своих детей в достойные учебные заведения, приходилось подвергать их опасности пагубного влияния пригорода. К счастью, «Месу» всегда была настороже, и каждое воскресное утро наставляла несформировавшиеся детские умы.
Дети из группы №111- Z (что в десятеричной системе кодирования можно было обозначить как - №7 – Z), расположились каждый в своей ячейке шарообразной комнаты в ожидании преподавателя. Урок по информационной диалектике и осознанию технологий должен был вот-вот начаться.
Разместившийся в одной из сот улья мальчик по имени Эрик, признаться, не сильно ладил с этими трудоемкими и сложными для понимания науками об информации. Нет, конечно, он всецело доверял увещеванию мамы о надобности этих предметов, да и проповеди «Месу» были настолько убедительны, что их никак нельзя было сбросить со счетов. Но все-таки в глубине души мальчик понимал, что вся эта «информированность» не для него.
Доклад по «ИДИОТ» на тему «Чувства как болезнь для информированного» и вовсе привел Эрика в тупик. Весь вечер мальчик просидел над этой непонятной ему задачей, но так и не смог придумать, о чем все-таки написать.
- «Информированный – это тот, кто обладает информацией», - рассуждал Эрик.
- «Но вряд ли меня можно назвать обладающим ею, в особенности, если судить по моим оценкам».
- «В теме указано что, чувства — это болезнь для информированного».
- «Если я не информирован, то значит и не болен, а, следовательно, здоров».
- «Что же плохого в том, чтобы быть здоровым?».
- «Но как быть с чувствами?».
- «Родители говорят, что их надо остерегаться».
- «Учителя говорят тоже самое».
- «Месу» так вообще пишет это слово с пробелами и восклицательными знаками».
- Эх, - вздохнул Эрик, - «опять ничего не понятно и снова я не подготовил домашнее задание».
Тем временем, занятый детьми улей наполнялся жужжанием множества голосов.
- А мне мама вот что подарила! – высунувшись из своей ячейки, хвасталась худенькая темноволосая девочка, размахивая рукой. В области предплечья из-под кожи ребенка виднелся маленький цветной индикатор.
Завладев вниманием одногруппников, девочка тут же продемонстрировала возможности нового устройства. После нажатия кнопки на индикаторе произошло изменение внешнего облика ребенка. За какие-то несколько секунд темные волосы ученицы окрасились в рыжий цвет.
- Ух, ты! - прокатилось по улью.
- Везет, - протянул пухлый паренек, поправив очки, - а я вот когда папу попросил купить такой же, так тут такое началось, что лучше и не вспоминать.
- А это не вредно? - с сомнением произнес Эрик, не обращая внимания на всеобщее восхищение подарком.
- Ну и зануда ты Эрик! – фыркнула Берта и, нажав кнопку на индикаторе, поменяла цвет глаз с серого на фиалковый.
Живой рой гудел изо всех сил. Сказывался недостаток общения во внеурочное время. Ученики пытались перекричать друг друга, в надежде завладеть вниманием большинства. Вдруг, автоматическая дверь класса поднялась вверх, и гул, словно по команде, стих.
Мисс Диавелла, или как ее называли в школе - живое воплощение «Месу», неспешно вошла в кабинет, и окинула взором разместившихся в сотах детей.
- Доброго вам утра, 111 – Z, - «просканировав» помещение произнесла она, - надеюсь, день будет информативным.
- Доброе утро мисс Диавелла, - донеслось нестройное, лишенное бодрости, приветствие.
Удовлетворенная откликом, подобно компьютеру, получившему ответ на запрос данных, она продолжила.
- Прежде чем начать урок, я бы хотела представить вам новую ученицу – Эврику, которая будет учиться вместе с вами в группе 111 – Z.
Перед взором обитателей улья предстала странного вида девочка с выцветшими от солнца волосами, в потертых джинсах и зеленой футболке с изображением лампочки. Ее румяное личико в некоторых местах было захвачено группой веснушек, а зеленые глаза сияли огнем. Из старомодного полураскрытого сиреневого рюкзака виднелись корешки книг.
- Эврика из пригорода, - снисходительно произнесла мисс Диавелла в ответ на всеобщее удивление, - но я уверена, что наша с вами информированность не даст юному разуму погибнуть, и мы поможем Эврике в постижении новых технологий и воспитаем в ней должный подход к творениям, которые были дарованы нам «Чизис».
Берта, дабы показать новенькой свое превосходство, тут же сменила цвет глаз на зеленый.
- О, материнская плата последней модели! Дитя мое, что это? - с тревогой промолвила мисс Диавелла, остановив свой «сканер» на выглядывающих из рюкзака книгах.
- Это книги…, - непонимающе ответила Эврика.
- Позволь мне, - молниеносно вырвав рюкзак из рук растерянной девочки, преподаватель вытряхнул на пол содержимое.
- Какое кощунство! – воскликнула мисс Диавелла, брезгливо уставившись на валяющиеся под ногами книги и несколько тетрадок:
«Животные нашего леса».
«Сказки на все времена».
«По морям, да по волнам».
«Времена года».
Сию секунду преподаватель вооружилась миниатюрным пультом и привела в действие стоящую поодаль урну. Орудуя выдвижным совком, электронный уборщик быстро справился с поставленной задачей и вернулся на свое место, оставив на полу лишь пару помятых тетрадей.
- Присаживайся, дитя мое, - вздохнув, промолвила мисс Диавелла и озабоченно покачала головой, готовясь к трудоемкой воспитательной работе.
Понурив голову Эврика заняла свободную ячейку в улье.
- Ну что же, - окинув взглядом класс, произнес преподаватель, - чтобы это прекрасное информационное утро задало тон всему учебному дню, начнем с разминки. Шлемы! – скомандовала она.
Пчелы улья тотчас снарядились устройствами виртуальной реальности и приготовились к просмотру.
Покрутив шлем так и эдак, Эврика не смогла найти на нем кнопки, чтобы выдвинуть экран, как это сделали другие ребята.
- Вот тут, - произнес пухлый паренек, указав на выключатель с внутренней стороны.
- Спасибо, - добродушно произнесла Эврика, - а как тебя зовут?
- Я Биф, - застенчиво ответил мальчик, - если что, обращайся.
- Не успела прийти, а уже крутит тут всеми, - буркнула себе под нос Берта.
Надев шлем, некоторое время Эврика просидела перед черным экраном.
- «Сломанный что ли достался», - подумалось ей.
Вдруг, словно по команде, улей заголосил:


Повсюду окружают нас лишь числа,
Их бесконечна круговерть,
А мы всего лишь единицы,
Частицы уравнения мы есть.

За неровным пением учеников тут же последовала видеотрансляция.
Перед глазами Эврики пронесся рой чисел и компьютерных кодов.
Наш долг всегда служить науке,
Мы с незапамятных времен,
Открытиям протягиваем руки,
И только ради них живем.

Ряды чисел в видеотрансляции сменило множество образов устройств, созданных Чизис.
Как рады мы, что появился Чизис,
И «Месу» - есть венец творения его,
Они светила всей науки,
Мудрейшие служители ее.

Непривыкшие к излучению монитора глаза Эврики болезненно защипало, и она поспешила снять шлем.
- Что с тобой дитя мое? - остановив свой «сканер» на девочке, произнесла мисс Диавелла.
- У меня заболели глаза, - под злорадствующий смешок Берты, ответила Эврика.
- Бедный ребенок! Это все влияние пригорода! – с неподдельным состраданием воскликнул преподаватель, - это пройдет, - махнула она рукой, - хотя потребуется не мало времени.
- Все ли тебе понятно из разминки, дитя? – тут же спросила мисс Диавелла.
- Не совсем, - устремив взор своих зеленых глаз на преподавателя, промолвила девочка.
- Спрашивай дитя мое, спрашивай…
- В стихотворении, которое…
- В разминке, - резко перебила девочку мисс Диавелла.
- Да, в поэтической разминке, - поправила девочка, а глаза преподавателя сузились от негодования. - Если все люди разные, то почему все они равны единице?
- И что же здесь непонятного? Вот один человек, а вот второй. В сумме их двое.
- Ну вот допустим, есть человек, он работает на ферме и разводит коров и кур, - отправилась в повествование Эврика, - тем самым он обеспечивает людей молоком и яйцами. А рядом с ним по соседству живет другой человек. Он целый день сидит перед телевизором и ничего не делает, только потребляет то, что произвел первый. Получается, что оба они равны единице?
Все кроме Эрика, были удивлены нахальству новой ученицы.
- Оба они равны нулю! – грозно произнесла мисс Диавелла, - потому что оба живут в пригороде!
- Это все, Эврика? Или у тебя есть еще какие-то вопросы? – вновь превратившись в саму любезность, спросила она.
- Пожалуй, что есть, - промолвила девочка, решив поквитаться с преподавателем за отнятые книги. - В поэтической разминке мне не совсем ясна одна строчка…
- Какая…? – зловеще протянула мисс Диавелла.
- Там сказано, что все мы живем ради науки. Но ничего не сказано о том, что надо жить ради природы.
Улей ахнул.
- А с чего ты взяла, что об этом вообще должно быть что-то сказано?!
- Ну, как же, - сверкнув огнями зеленых глаз, произнесла Эврика, - вот, допустим, уберем мы науку, «Чизис» и прочее…
Класс негодующе зажужжал. Эрик сидел и молчал, не сводя задумчивого взора с новенькой.
- Вот что тогда будет? – продолжила девочка, с вызовом уставившись на преподавателя.
- Тогда будет крах всему! – выпалила мисс Диавелла.
- А вот и нет! – торжествующе воскликнула Эврика, - ничегошеньки тогда не случится! Но вот если убрать природу... без этого-то мы проживем, - стукнула она по шлему, - а без воздуха…
- А ну-ка молчать! – нагрелась, словно видеокарта после непрерывной работы, мисс Диавелла, - прежде чем что-то сказать, хорошенько подумай, дитя мое, что ты говоришь! Слышала ли ты про стирание?
Класс затих.
- Слышала, - тихонько прошептала Эврика, потупив взор.
- Поэтому впредь ты будешь более благоразумна, микросхема моя, - превратившись в вязкое желе, протянула мисс Диавелла, - не так ли?
- Так…
- Ну что, получила? – прошипела Берта и сменила цвет глаз с зеленого на черный, как у гадюки.
- Ну, вот и славно! А теперь класс, проверим домашнее задание! – воодушевленно произнесла мисс Диавелла, - а начнем мы с…
Пчелы в улье притаились.
- Эрик! Будь так добр, прочти нам доклад! – остановила преподаватель свой сканер на мальчике.
- Чувства как болезнь для информированного, – выпустив на волю тяжелый вздох, протянул Эрик и уставился на пустой экран своего электронного планшета.
- «Наверное, не стоит говорить о том, что если ты не информирован, то здоров», - подумал мальчик, - «а то чего доброго отформатируют…».
- Мы ждем, Эрик, - с нетерпением промолвила мисс Диавелла.
- Я не успел…, - виновато бросил мальчик.
- Кажется, в прошлый раз я слышала от тебя тоже самое, - нахмурилась она, - и как всегда прямо в десятку…
- «Опять десять», - приуныл Эрик, и перед его лицом предстал огорченный образ матери.
- Порадуй хоть ты меня, Берта!
Девочка только этого и ждала. В очередной раз подчеркнуть свое превосходство над окружающими – что может быть лучше!
- Чувства как болезнь для информированного, – одухотворенно начала она.
Серая комбинация букв, исторгаемая из уст Берты, пролетела мимо Эврики, не задев ее.
- «Стирание памяти», - кружились в голове у девочки мрачные мысли, сопровождаемые образами родителей. Папы и мамы, которых больше нет.
- Спасибо Берта! Отлично! – произнесла мисс Диавелла, и поставила в электронном журнале оценку 101.
Три коротких, неприятных слуху, сирены, ознаменовали окончание урока.
Школьные коридоры были заполнены снующими туда-сюда учениками. Взоры большинства были устремлены в планшетные компьютеры и различные электронные устройства. Живого общения не наблюдалось. Казалось, что каждый из учащихся знал свой собственный язык и никак не мог вступить в диалог с кем-либо. Зато каждого ребенка прекрасно понимал его электронный друг! И зачем только нужно было множество торчащих из-под потолка камер при подобной «умиротворенности»?!
Перед взором Эврики проплыли еще четыре бессмысленных, неотличимых друг от друга урока.
- «Цифропись».
- «История технологий».
- «НУДНО» (Новейшие устройства для новейшего опыта).
- «ОБОРМОТ» – (Основы безопасности и обеспечения работы моделей отдельных технологий).
Хотя нет! На «НУДНО» мистер Слипс вещал таким убаюкивающим тембром, что даже разноцветные глазки Берты стали невольно закрываться.
Наконец первый учебный день для Эврики подошел к концу.

Глава 2. Знакомство

После многочасового воздействия излучения мониторов, глаза девочки болели.
- «Сколько я еще вот так протяну…», - подумала Эврика, покидая противное ее душе место.
Ноги несли ее подальше от школы, по направлению к пригороду. Она дала слово бабушке, что выучиться. Дала слово, что они не будут прозябать без еды.
Только тот, кто ходит в это проклятое место, именуемое школой, может быть принят на работу и рассчитывать хоть на какие-то деньги! Кто придумал эту чушь! Почему нельзя жить, не соприкасаясь с этим отвратительным, мерзким городом!
Сжимая кулачки, девочка представляла себе приторное выражение физиономии мисс Диавеллы, после того, как та загнала ее в угол «стиранием памяти».
«Сначала ее заставили идти в это болото, полное дураков; потом у нее отобрали книги; затем стирание памяти… родители…а еще эта Берта…» - вскипала Эврика.
- А ты, правда, в пригороде живешь? – донесся рядом чей-то голос.
По правую руку от Эврики возник темноволосый худощавый паренек, тот самый, который не успел с докладом.
- Правда, Эрик, - не сразу ответила девочка, остановившись.
- Вечно у меня не идет с этими домашними заданиями, - печально улыбнулся он.
- А где твоя аппаратура? – без шуток спросила Эврика, продолжив движение вместе с новым спутником.
- Планшет для учебы? Тут, с собой, - хлопнул по рюкзаку с изображением надкушенного куска сыра мальчик.
- А разве тебе не полагается надеть видео очки, воткнуть в уши наушники, и в таком виде направиться домой как другие ребята? – хихикнула она.
- Мы не богато живем, - смущенно бросил Эрик.
- А если бы были деньги?
- То я бы потратил их на маму…
Мимолетная искорка удивления вспыхнула в глазах Эврики и она с пониманием глянула на своего нового знакомого.
- Ей тяжело приходится, она все время на работе. Да и я не подарок, - тускло произнес он.
- А где твой папа?
- Нету. Мы одни с мамой, - произнес Эрик, и решил поскорее сменить тему. – А что это у тебя за книги были такие?
- Про природу, путешествия и сказки, - ответила она нахмурившись.
- Сказки? – выудил незнакомое слово мальчик.
- Это короткие, вымышленные рассказы с моралью, - вздохнула Эврика, слабо удивившись невежеству собеседника.
- А у тебя есть еще сказки? Интересно было бы почитать…
- Есть. Дома.
- Я бы мог тебя проводить, - чуть смутившись, произнес Эрик.
- А не боишься, что пригород сможет оказать на тебя вредное воздействие? – подмигнула она.
- Я в этом вопросе не очень информирован, так что все в порядке, - улыбнулся он, вызвав одобрительный смешок у спутницы.
Увлекшись непринужденной беседой, дети и не заметили, как добрались до городских окраин.
Создавалось ощущение, что здесь было не простое пограничье, а соприкосновение двух разных миров – природного и искусственного. Широкий стальной мост, перекинутый через пораженную загрязнением мутную реку, пытался соединить ромашковое поле и занятую заводами окраину города.
Глаза Эрика были прикованы к раскинувшимся яблоням, что облюбовали себе уголок за поляной. Мальчика встретил приятный аромат спелых плодов. Даже солнце благоволило этому месту. Дышалось здесь гораздо легче во всех отношениях.
«И почему я раньше сюда никогда не заходил…ах, ну да, пагубное влияние…»
Эврика не отвлекала своего спутника разговором, позволив ему насладиться красотами пригорода в тишине.
Так они и продвигались в молчании, ступая по разбросанным на земле желудям, вбирая в себя образы буковых рядов.
Вскоре девочка остановилась перед неказистым, укрытым в ветвях ольхи, деревянным домом. Прохудившаяся в нескольких местах покатая крыша двухэтажного строения, более походящего на огромный скворечник, была заделана брезентом. Рядом с домом располагался ветхого вида сарай. Покосившиеся от времени деревянные качели неподалеку, больше не могли принести радости детям.
- Вот мы и пришли, - промолвила Эврика, уловив отблеск удивления в глазах спутника.
- Раньше все было иначе, - тихонько прошептала она в ответ на немой вопрос мальчика. – У нас был амбар, хлев и даже сад. Теперь только заросли сорняков, - девочка кинула печальный взгляд в сторону травяной гущи.
- Ты живешь здесь с родителями? – не найдя, что спросить, произнес Эрик.
- С бабушкой, - с грустью проронила она в ответ.
После этого Эрику стало даже немного стыдно за свои жалобы на нелегкую жизнь. Желая хоть как-то заделать неприятную паузу, он вот-вот уже был готов задать какой-нибудь пустой вопрос, но Эврика опередила его.
- Подожди здесь.
Чуть погодя она вернулась и вручила мальчику небольшой томик сказок в коричневом переплете.
- Вот. Только в школу не носи, а то и этой не будет, - вздохнула она, - ну а теперь мне пора, увидимся завтра!
- Спасибо, - только и успел промолвить вслед Эрик.
Посмотрев на часы, мальчик охнул. Уже пять часов! А ведь казалось, что их прогулка не заняла и получаса! Нужно срочно домой, пока мама не пришла с работы!
Пробежки в жизни обитателей Солэса были чем-то исключительным, поэтому недолгий забег вылился для Эрика волной покалываний в боку. Быстрая ходьба была единственным и возможным решением.
К счастью мальчик сумел добраться домой раньше мамы.
- «Хорошо хоть за это не влетит! А ведь еще эта десятка…!»
Укрывшись в своей малюсенькой комнате, в одной из тысячи квартир небоскреба, Эрик пребывал в возбужденном состоянии. Этот странный, непохожий на другие, день перевернул все с ног на голову. И это был не сон! Солнечные лучи скользили по его лицу. Мальчик вновь почувствовал аромат яблок, а буки пытались накрыть его своими тенями.
- «Но почему же я раньше всего этого не делал?!» - воскликнул отошедший от продолжительной комы внутренний голос.
Он думал о том, что говорила Эврика. Тогда в классе и во время прогулки.
Потом, словно серая туча, разросшаяся на небесном полотне, в голове мальчика всплыли слова мисс Диавеллы, - «прежде чем что-то сказать, хорошенько подумай, дитя мое, что ты говоришь! Слышала ли ты про стирание?...»
- Нужно быть осторожней, – прошептал Эрик и открыл глаза.
Перед ним на столе лежал небольшой томик в коричневом переплете. Не сумев пересилить нарастающее нетерпение, мальчик решил отложить выполнение домашней работы на потом. Ни с чем не сравнимый книжный запах достиг обоняния Эрика, завлекая мальчика в сказочные миры. Устоять было невозможно, поэтому школьные задания так и остались не выполненными.

Глава 3. В логове грифа

Очередной бесцветный день в городе Солэс начался. Но не все жители мегаполиса были награждены отсутствием красок. Сидя за компьютерным столом в ожидании первого урока, Эрик не мог думать ни о чем другом, кроме прочитанных историй.
«Этот юноша из сказки так храбр… он преодолел непроходимые горы… прошел дремучие леса…одолел колдуна и нашел ее – свою любимую, которая оказалась принцессой! Свезло, так свезло! Но в Солэсе такого смельчака быстро бы стерли», - поставил черную точку в светлом повествовании Эрик.
«А тот коварный дракон на груде золота» - возник в мыслях мальчика иллюстрированный образ из книги, - «если бы не картинка, я бы вряд ли смог представить себе это чудище. До чего же оно огромное и прожорливое», - вспомнил он про бесчисленное количество съеденных монстром крестьян и рыцарей,- «прям как мисс Диавелла», - и тут голова дракона сменилась ликом преподавателя по «ИДИОТ». По мнению мальчика, в таком обличии дракон выглядел куда более устрашающим, а мисс Диавелла естественной.
Вокруг Берты, демонстрирующей новую модель планшета, образовалась восхищенная толпа поклонников. Только не понятно кому больше были преданы фанаты – девочке, или новому устройству.
«Где же Эврика?», - забеспокоился мальчик,- «урок ведь вот-вот начнется».
И вот в кабинет вплыл мистер Слипс. Поздоровавшись с детьми продолжительным зевком, преподаватель включил голографический проектор, и затянул лекцию по «НУДНО».
Бедняга Биф не был готов к такому испытанию прямо с утра, потому его веки, подобно вратам сказочного замка, захлопнулись.
Подобный оборонительный маневр не ушел от взора мистера Слипса.
- Тебе наскучил сегодняшний урок, Биф, или ты попросту не выспался? – монотонно произнес преподаватель.
Знакомое имя нашло лазейку в закрытых вратах и, просочившись внутрь, настигло задремавшего мальчика.
- «НУДНО» не может наскучить, - скороговоркой пробормотал оторванный от сновидений Биф.
- Полностью с тобой согласен, - протянул мистер Слипс и продолжил наводить дремоту на учеников.
Дверь в класс поднялась вверх и на пороге появилась Эврика. На оранжевой футболке неизменно была изображена лампочка, а рюкзак в этот раз был легок.
- Я прошу прощения за опоздание.
- Потрудись объяснить причину столь позднего визита, - монотонно прозвучало в ответ.
- Семейные обстоятельства.
- Конкретизируй.
- Родственник заболел.
- Поясни.
- Что именно я должна пояснить?
- Причину столь позднего визита, - мистер Слипс был непреклонен.
- А разве я не назвала ее только что?
- Боюсь, что нет. Отсутствует связь между болезнью родственника, причем не понятно чьего именно, и твоим опозданием.
- Если бы они не были связаны, я бы пришла вовремя, – Эврика приняла правила игры.
- Прекрасно, - произнес мистер Слипс, - итак, кто именно заболел?
- Это личные сведения, - нахмурившись, промолвила Эврика, осознав, что преподаватель был знатоком подобных игр. - Я должна отвечать на этот вопрос перед всеми?
- Ты могла не отвечать на него лишь в том случае, если бы пришла вовремя, - отрезал он, - но, увы, ты опоздала на урок.
Вдруг из динамиков донеслось:
- «Ученице №111-ZЭврике срочно явиться в кабинет директора».
- Продолжим после. Вещи можешь оставить здесь, - как ни в чем не бывало, ответствовал мистер Слипс и вернулся к своему гипнозу.
- Сейчас кому-то влетит, - злобно хихикнула Берта.
Эрик мысленно пожелал подруге удачи.
Мобильный робот-помощник провел девочку по пустым коридорам школы к кабинету директора.
Встроенная дверь отъехала в сторону, явив Эврике внутренности помещения, не многим отличающегося от магазина по продаже электроники.
Десятки мониторов, транслирующие различные графики и статистику, свисали с потолка кабинета. За компьютерным столом, занятым различными электронными журналами и таблицами, восседал директор заведения.
- Я миссис Малефис, - с ударением на первую гласную, произнесла она властно, - присядь.
Эврика покорно опустилась на стул напротив директора, исподлобья поглядывая на «правителя» учреждения.
Глава школы с успехом бы заняла призовое место в номинации «тем кому за 60», если бы ей не было всего лишь сорока пяти лет. Строгое платье серых тонов, словно саван, покрывало ее сухое тело. Черные, наполненные пустотой глаза, мрачно взирали на вновь прибывшею.
Чуть подавшись вперед, походя на грифа, желающего полакомиться легкой добычей, она начала.
- Мисс Диавелла упомянула о твоей вчерашней риторике. Признаться, я сначала даже не поверила, что кто-то в этих стенах способен на подобные речи, пока не услышала аудиозапись, - набирая обороты, словно вентилятор в системном блоке, продолжала она, - подобные мысли не только деструктивны для человека их носящего, но и для окружающих…
Эврике стало совсем не по себе. Неужели ее…
Уловив страх в глазах ученицы, миссис Малефис, не скрывая удовольствия, выдержала длительную паузу.
- Учитывая, что ты новенькая, - продолжила она снисходительно, - а также твой юный возраст, неблагополучную семью, и хоть слабую, но все-таки возможность к реабилитации, я настоятельно рекомендую тебе каждое воскресенье вместе со всеми посещать «Месу». Отчеты о посещениях будут еженедельно поступать мне.
- У меня нет компьютера, - постаравшись скрыть облегчение, ответила Эврика.
Миссис Малефис вначале подумала, что это шутка, и чуть было не изменила своего решения по поводу судьбы девочки. Но, приглядевшись к ученице повнимательнее, она не обнаружила ни единого намека на юмор.
- Как горько слышать подобные речи, - процедила она. - Ну что же, в таком случае будешь пользоваться школьным компьютером, если конечно не соберешь денег на новый или, не договоришься с кем-нибудь из одногруппников, в чем я сильно сомневаюсь.
В чем миссис Малефис сомневалась, Эврика так и не поняла. Либо у девочки не было шансов собрать денег на компьютер, либо не было возможности договориться с другими о его использовании.
Девочка покинула кабинет директора в смешанных чувствах. С одной стороны, ей несказанно повезло, что она выбралась из лап «грифа» невредимой. С другой стороны, ее снова загнали в угол. Причем за сегодняшний день уже дважды, при этом еще извозив в грязи.
«Да как она посмела сказать, что моя семья неблагополучна!» - с ненавистью взирая на множество развешенных в коридоре камер, вскипала Эврика.
Три противных слуху сирены ознаменовали окончание первого урока.
Увлеченные общением с электронными друзьями дети заполнили школьный коридор.
Следующий урок для группы №111-Zдолжен был проходить в том же кабинете.
Эврика рухнула на свободное место возле компьютера, и подперла рукой подбородок, призадумавшись.
- Привет. Ну, как прошло? - донеслось позади.
- Могло быть и хуже, Эрик, - прошептала девочка.
- С мистером Слипсом лучше не спорить, - присел рядом мальчик.
- Я была бы удивлена, если в этой школе нашелся бы хоть кто-то, с кем можно было поспорить без последствий, - хмуро произнесла она.
- Со мной можно, - подбодрил ее Эрик,- сказки просто великолепные, - прошептал мальчик, наконец, перейдя к наиболее тревожащей его теме. - Я раньше и вообразить не мог, что такое бывает.
- Такого не бывает, Эрик. Это вымысел.
- Как не бывает? Разве человек не способен преодолеть трудности ради любви, как в той сказке о принцессе?
- Способен. Только я давно не встречала такого в жизни, - отстраненно промолвила она.
- Я очень скучаю, папочка и мамочка, очень сильно! – изображая горе, мерзко протянула Берта, перевернув страницу коричневой тетради.
Обступившие ее подружки злобно захихикали, искоса поглядывая на жертву.
Взгляд Эврики остановился на своем дневнике, оказавшемся у Берты.
Глаза девочки зажглись зеленым пламенем, а уныние сменилось нарастающим гневом.
Эрик, чьи мысли витали в облаках, не сразу понял причину изменений, произошедших с подругой.
Берта, с вызовом уставившись на Эврику, продолжала.
- Сегодня ночью бабушке не здоровилось. Я сидела рядом с ней у кровати, и мы вспоминали о вас. Твое вкусное печенье, и качели, которые папа смастерил для меня, - прогнусавила Берта, после чего прыснула от смеха, - ха! Вы только представьте! – оглядела она свою свиту, - кусок деревяшки ей сделали, чтоб она с него не слезала целыми днями! Да еще печеньем подкармливали!
Для Эврики данная реплика прозвучала как призыв к бою и до боли клокочущая в груди девочки ненависть вылилась наружу.
Берта ожидала чего угодно, будь то мольбы вернуть тетрадь, просьб прекратить все это или, по крайней мере, слезных ручьев, но только не такой реакции.
Молнией, Эврика метнулась к сопернице и, грубо растолкав перепуганных поклонниц, влепила Берте мощную оплеуху. После чего девочка вырвала из рук оцепеневшей ученицы тетрадь, и пулей вылетела вон из кабинета.
Недолго думая, Эрик выскочил следом.

Глава 4. Снова в пригород

Сидя на одной из лавок пустого школьного двора, Эврика рыдала. Каждая капля, спускающаяся по румяным щекам девочки, была посвящена маме и папе, воспоминания о которых были испачканы мерзкой выходкой Берты. Чувства Эврики, сокрытые в дневнике, являющемся в каком-то роде отражением души девочки, вылились наружу потоком слез.
«Как хорошо, что мне хватило сил не расплакаться прямо там и врезать этой дуре!» - всхлипывая, подумала она.
Эрик был тут как тут и присел рядом.
- Опять ты! – шикнула на него девочка, сквозь слезы - иди, читай свои сказки и не лезь ко мне!
- Я только хотел…
- Вы здесь все как на подбор! Состоите из деталей и мониторов!
- Я не…
- Чего уставился?! Ты как будто не такой?!
- Ну, я…
- Точно такой же! Дальше экрана ничего не видишь! Сказки ему, видите ли, подавай! – вскрикнула она и скрыла свое лицо в ладонях, не в силах унять нестерпимый плач.
Эрик пребывал в растерянности. Ему еще не доводилось оказываться в подобных ситуациях. Впрочем, для жителей Солэса было вообще редкостью становиться свидетелем проявления чувств кого-либо. В отличие от других детей, приученных делать выбор в пользу холодного, насыщенного «веянием современности» голоса разума, Эрик всегда метался меж двух огней. Напичканный «информацией» разум мальчика предлагал немедленно уйти и забыть про существование этого «сбоя в системе». Но человеческое сердце, не испорченное влиянием окружающей среды, взывало к сочувствию. В памяти вспыхнули яркие картинки из сказки о принцессе. Выбор был сделан.
Эрик придвинулся ближе к своей подруге и, недолго думая, заботливо приобнял ее. Вышло, конечно, не так ловко, как могло бы получиться у того же принца, но девочка не отстранилась, более того - прекратила плакать и посмотрела на него с удивлением.
- Ты молодец, что врезала ей. Давно пора было это сделать.
- Это нужно было сделать ее родителям еще давно,- с негодованием промолвила Эврика,- странно, что они у нее вообще есть.
- У нее есть все, что она только захочет...
- Наверно поэтому вот здесь нет ничего,- перебила она его, приложив руку к груди.
Мальчик лишь с грустью кивнул и осторожно освободил подругу из телесных оков.
- Ну что, проводишь меня? - утерев остатки слез, спросила она, но заметив растерянный, брошенный в сторону школы взгляд товарища, добавила, - сегодня я туда больше не сунусь.
- Провожу,- как можно более уверенно произнес Эрик, в душе понимая, как сильно ему за это влетит.
Заботы мальчика рассеялись, как только они пересекли стальной мост. Гостеприимный пригород радушно встретил гостей, поприветствовав взмахами солнечных лучей.
- Теперь мне придется ходить в эту проклятую школу еще и по воскресеньям, - досадовала девочка.
- По воскресеньям? Но зачем?
- Я, видите ли, должна посещать «Месу»!
- Но ее ведь можно посещать дома...
Эврика бросила на друга многозначительный взгляд.
- Ой! Точно! У тебя ведь нет компьютера! - спохватился Эрик.
- Вот именно. И даже если бы у меня были на него деньги, то он бы все равно не появился.
- Но ты ведь можешь посещать «Месу» с моего компьютера! - после некоторого раздумья, воскликнул мальчик.
- Не стоит. Я стесню тебя и твою маму..., - нерешительно начала она.
- Да нет! Что ты! Нисколько! - твердо произнес Эрик,- мама будет рада, если мы будем посещать «Месу» вместе.
Девочка не стала более противиться и с благодарностью приняла предложение.
Вот уже показалась заделанная брезентом крыша двухэтажного дома, но Эврика взяла правее и провела друга по узкой тропинке, что поднималась по поросшему травой холму к раскинувшемуся на возвышении многолетнему клену.
- Здесь мы с мамой всегда читали, - печально улыбнулась она,- сначала она мне, а потом, когда я подросла, она слушала, как читаю я.
Погладив ствол дерева, девочка расположилась под сенью густой листвы.
Эрик опустился рядом.
- Здесь так спокойно, - нарушил тишину он.
- Я часто бываю тут и вспоминаю, как мама мне читала...
Эрик всматривался в мечтательный и в тоже время, опечаленный лик своей подруги и, в конце концов, задал вопрос, который уже давно созрел в его голове, - что с ними стало?
Она не удивилась и не вздрогнула, услышав вопрос. Было понятно, что она привела его сюда не случайно. Девочка не могла долго общаться только с дневником.
- Их стерли, - громовым раскатом пронеслось в голове у Эрика.
Волна мурашек прокатилась по спине мальчика.
- Но за что? Почему? - растерянно пробормотал он.
- Потому что они были людьми, - последовал ответ.
Так они и просидели в молчании под приютившим их кленом.
Когда пришло время расставаться, Эврика вручила своему другу книгу «Природа и человек», и скрылась за скрипнувшей деревянной дверью дома.
Эрик был очень доволен новым подарком. Но, как и в прошлый раз по окончании прогулки мальчик вернулся в реальность и в полной мере осознал, что этот прогул ему выйдет боком.
- «Их стерли» - прозвучали в голове отголоски громового раската.
- Нужно быть осторожней, - прошептал он фразу, которую неустанно повторяла его мама, когда папа еще был с ними.


Глава 5. Опыт мистера Слипса

Эрик понял, что денек не задастся еще рано утром, когда долго не мог отыскать дома учебный планшет. А по приходе в школу он лишь убедился в этом, будучи вызванным к директору.
Поникшая Эврика сидела напротив миссис Малефис, понурив голову.
- Присаживайся Эрик, - черные, наполненные пустотой глаза грифа, были устремлены на новую жертву.
- Мы с Эврикой обсуждали события вчерашнего дня, - в предвкушении сытной трапезы, неспешно начала директор, - и его итоги неутешительны для вас обоих, - обдала холодом свои жертвы миссис Малефис.
- К сожалению, аудиозапись не разборчива, однако показаний Берты и других учениц вполне достаточно...
- Я прошу прощения миссис Малефис, что перебиваю Вас, - робко, но скорее изображая нерешительность, произнес Эрик, - я был свидетелем произошедшего и могу помочь Вам важными сведениями...
- Прекрасно! - воскликнула директор, с торжеством поглядывая на сломленную Эврику, - после произошедшего ей уже не светит ничего хорошего, сам понимаешь, но вот ты еще можешь...
- Берте? - с обезоруживающей наивностью промолвил Эрик.
- Что Берте?! - непонимающе прокудахтала миссис Малефис.
- Для Берты не светит ничего хорошего?
Эврика удивленно воззрилась на своего друга.
- Как это для Берты? Ты что такое говоришь?
- Ну, как же, миссис Малефис, - дыхнул простодушием Эрик,- вместо того, чтобы уделить время подготовке к следующему уроку, Берта собрала вокруг себя учениц и вела с ними оживленный разговор.
Кажется, миссис Малефис потребовалась перезагрузка.
- Наука, ученье - вот время для провождения! - процитировал Эрик одно из излюбленных высказываний мисс Диавеллы.
- Но Эврика ударила Берту! - неуверенно пробормотала в защиту отличницы директор.
- Я уверен, она сделала это из благих побуждений, - как ни в чем не бывало, произнес мальчик, - сами подумайте - ну как можно терпеть подобное хамство?! Сбивать с пути истины других учениц и подбивать их на праздные разговоры! Она, конечно, переборщила, пригород как никак. Тут потребуется время и не малое, - подражая тону мисс Диавеллы снисходительно промолвил Эрик, - да она сама это поняла, потому и убежала. Я, конечно, сразу пошел за ней, ведь должен же я был объяснить новенькой, что мы не используем рукоприкладство для восстановления справедливости.
Внешне непоколебимый изнутри Эрик походил на действующий вулкан. Такого отборного вранья он давненько не выдавал. Мальчик сам не до конца понимал, как у него получилось подобное. Возможно, находясь на краю обрыва, пробудилась внутренняя энергия, или вид поверженной подруги вселил в него уверенность для искрометной речи. Мистеру Слипсу наверняка пришлось бы по душе подобное красноречие, не будь оно обращено против миссис Малефис.
Глаза грифа сузились от негодования, однако взрыва не последовало, - я проверю эту информацию. Вы оба свободны. Пока что, - сделав акцент на последней фразе, процедил Директор.
Дабы не спугнуть обрушившуюся на их головы удачу, Эрик поскорее сопроводил оцепеневшую девочку за пределы кабинета.
- Нужно быть осторожней, - прошептал он ей, косясь на множество развешенных под потолком камер.
Берта после сделанного доноса была крайне удивлена видеть живой и невредимой свою соперницу, которую должны были бы уже как минимум изгнать из школы, уж не говоря о стирании.
На протяжении долгих унылых уроков Эврика бросала осторожные взгляды на своего друга, который казалось, в один миг из «информированного» жителя Солэса перевоплотился в сказочного принца. Девочка с нетерпением ждала окончания занятий. Наконец три противных сирены оборвали учебный день.
- Спасибо тебе, - отойдя на почтительное расстояние от школы, промолвила она своему спутнику.
- Да все в порядке, - улыбнулся Эрик,- уроки мистера Слипса не прошли даром.
- Это уж точно. Ты бы видел ее физиономию - прям сбой в системе, - хихикнула она и после некоторой паузы добавила, помрачнев, - меня могли стереть...
- Но не стерли, а значит, жизнь продолжается, - приободрил ее мальчик.
- Жизнь...разве это жизнь?
- Но ведь это лучше, чем быть стертым...
- Лучше смерть, - отрезала Эврика.
- У нас есть пригород, - произнес в защиту жизни мальчик, - хоть я и был там всего пару раз… ради его красоты разве не стоит жить?
- Они не дают насладиться им... душат его во мне ... странно, что они еще не выжгли его дотла.
- В этом нет надобности. До встречи с тобой я даже и не помышлял о том, что буду любоваться природой и читать сказки. Спасибо тебе, - с благодарностью произнес Эрик, - я будто пробудился после долгого кошмара.
Эврика кивнула, заметно приободрившись.
В этот раз молчаливому слушателю – многолетнему клену предстояло услышать нечто новое из жизни недавнего знакомого – Эрика.
- Однажды мама сказала, что папа ушел, и что у него были на то причины, - устремив взор в сплетение поросших листвой и заслоняющих небо ветвей, произнес мальчик, - как-то, раз я застал маму плачущей. Она сказала очень тихо, почти не слышно, что он любит нас, и всегда любил. Хотя в тот вечер была гроза, и было трудно разобрать слова, но я прочел по ее губам самое важное слово - любил.
Эврика слушала рассказ друга с огромным вниманием.
И тут я понял, что если он любил нас, хотя я не знаю что это такое… но догадываюсь, что это почти также важно как вдыхать воздух или кушать… хотя нет, - вдруг смутился он, словно осознав, что сказал огромную глупость, - даже важнее… и тут я понял, что если он любил нас, то не мог просто взять, и уйти… то есть, - Эрик пытался подобрать нужное слово, - закрыть за собой дверь и отправиться куда глаза глядят… у него были на то причины – сказала мама. Не причины, а причина…, - голос мальчик отдавал металлическим, - причина одна - «Чизис». Из-за него папа ушел.
- В наш информационный век, - презрительно вымолвил он, - куча всякой техники, нагромождений и прочего хлама… но ни одной фотографии! Я плохо помню лицо папы. Я был слишком маленьким, чтобы хорошо запомнить его. Оно представляется мне каким-то размытым… нечеткие очертания… порой во сне мне кажется, что оно обретет черты, и я смогу разглядеть его…но нет. Если бы я только знал, что он уйдет, я бы всматривался в него изо дня в день, чтобы запомнить и никогда не забыть… я не знаю, что с ним и где он сейчас…он любит нас, и всегда любил…
Если бы лампочка, изображенная на серой футболке Эврики, была бы подключена к ее сердцу, то непременно бы загорелась ярким огнем.
Девочка, не раздумывая, заключила Эрика в объятия и нежно поцеловала в щеку.
Никогда еще с мальчиком не приключалось ничего подобного. Казалось, это был не поцелуй, а пламенное клеймо, с той лишь разницей, что оно не обжигало, а грело. Отпечаток тепла, оставленный Эврикой на его щеке, просачивался сквозь кожу и наполнял организм мальчика радостью и счастьем, временно замещая собой горькие воспоминания.
Так они и просидели под сенью мудрого клена до самого вечера, пока не пришла пора расставаться.

Глава 6. На «Месу»

Полная однотипных предметов учебная неделя тянулась с большой неохотой и никак не желала заканчиваться. На уроках мисс Диавеллы лампочка Эврики, изображенная на футболке, затухала, и девочка держалась тише воды – ниже травы, дабы не попасть в ловушку. Впрочем на других занятиях Эврика также не решалась на какие-либо высказывания, в особенности учитывая устремленный на нее и преисполненный ненависти взгляд Берты.
Вечно меняющая свою внешность с помощью встроенного в тело устройства отличница, всячески пыталась досадить врагу, предлагая учителям проверить домашнее задание новенькой или спросить, что та думает по тому или иному вопросу школьной программы.
Эврика стойко переносила удары, либо произнося какую-нибудь устраивающую всех ерунду, либо просто сообщая о своей неготовности к уроку, тем самым, коллекционируя десятки.
Но уныние и тяжесть в голове отступали, как только Эврика и Эрик отправлялись в пригород. Матушка природа, как могла, врачевала душевные раны, проделанные Солэсом.
Во время таких прогулок Эрик вел дневник. На закономерный вопрос подруги, мальчик ответствовал, что ему непременно нужно записывать все сделанные наблюдения и как только их накопится достаточно, он будет готов представить ей свой труд.
Наконец наступило воскресенье. Улицы Солэса обезлюдели. Укрывшись в своих комнатушках в предвкушении проникновенной проповеди, граждане ожидали назначенного часа, дабы посетить «Месу».
Двухкомнатную обветшалую квартиру, в которой проживали Эрик с матерью, с трудом можно было назвать уютной. Старая мебель. Отклеивающиеся тут и там обои, из-под которых виднелись трещины в стене. Потертый паркет и отходящий кое-где плинтус лишь дополняли картину нужды. Всевозможные электронные устройства, коими были напичканы прочие квартиры небоскреба, отсутствовали в этом жилище по той же причине. Мать Эрика сидела за кухонным столом, водя глазами по крохотному листку с выписанным рецептом.
На пороге квартиры появился Эрик в сопровождении подруги.
- Здравствуй, Эврика, - подняв взор, гостеприимно промолвила женщина.
Несмотря на теплоту, с которой мать Эрика встретила ее, от взгляда девочки не могла укрыться сокрытая в серых глазах женщины печаль. Иссушенное жизнью в Солэсе лицо матери, носило печать не проходящей усталости.
- Здравствуйте миссис Хьюми, - скромно произнесла Эврика.
- Можешь звать меня тетя Лиза, - добродушно промолвила она, - Эрик много рассказывал о тебе.
Хоть окружающая обстановка не способствовала уюту и гармонии, девочка почувствовала себя как дома.
- Хорошо тетя Лиза, - улыбнулась Эврика, расположившись рядом с Эриком за кухонным столом напротив.
Поневоле отступающая в миссис Хьюми молодость билась изо всех сил, но проигрывала преобладающему возрасту. Быть может, избавившись от сокрытой в душе печали, тетя Лиза смогла бы обрести новые силы для продолжения борьбы, но, увы, источник энергии был утерян навсегда.
- Скоро начнется «Месу», - безрадостно промолвила миссис Хьюми и закашлялась.
- Это временно, - успокаивающим тоном произнесла она, поймав на себе тревожный взгляд Эрика.
На протяжении последних месяцев он не раз слышал от матери это режущее слово «временно», которое не предвещало ничего хорошего, ибо кашель со временем только усиливался.
- Как тебе Солэс? – обратилась тетя Лиза к Эврике.
- Я еще не успела составить о нем полного представления, - ответила она уклончиво.
- Нужно привыкнуть, - с пониманием промолвила миссис Хьюми, - ты прости, я не успела ничего приготовить к твоему приходу…
- Ничего страшного. Сегодня я вас угощаю, - тут же нырнув в рюкзак, девочка выложила на стол несколько румяных яблок.
Тетя Лиза застыла в нерешительности.
- Мы едим магазинную еду из тюбиков, - извиняющимся тоном произнес Эрик,- в Солэсе не очень-то жалуют пригородное…
- Но это же абсурд! – не удержавшись, воскликнула Эврика, - в яблоках витамины! Они очень полезны!
- Мы не можем себе позволить такую еду…, - как бы оправдываясь, промолвила миссис Хьюми.
- Но она бесплатна! Я могу носить вам яблоки хоть каждый день!
- Не стоит Эврика, поверь мне… спасибо тебе…
Только девочка открыла рот для новой пламенной речи, как тут же была прервана тычком в бок.
- Мы едим вот это, - тетя Лиза положила на стол белый тюбик с этикеткой.
«Спрессованная и обогащенная смесь» - гласила надпись, под которой были указаны сведения о составе сего продукта.
- «Натуральная добавка – D4E3A2D1»;
- «Витаминизированный экстракт – P17OIS71O2N1»;
- «Ароматизатор идентичный натуральному – E0V5IL6»;
Дальнейший перечень Эврика читать не стала, так как последняя фраза развеивала все сомнения по поводу полезности данного продукта.
«НЕ СОДЕРЖИТ ПРИГОРОДНОГО», «может содержать незначительное количество цинковой стружки».
Девочка без сомнения осознавала всю тяжесть давления Солэса на людей, но, по ее мнению, это уже был явный перебор.
«Все мозги растворили, так еще и травят!» - едва не вырвалось у нее.
Эрик вновь сумел затушить пожар вовремя.
- Пора на «Месу», - произнес он и, подхватив Эврику, утащил ее в свою комнату.
- Ты хоть читал, что там написано?! Совсем рехнулся?! – возмутилась девочка, оказавшись наедине с Эриком.
- Тише ты! – прошипел мальчик, - меня, думаешь, от этих тюбиков не выворачивает?!
- Тогда почему ты это ешь? – сама не зная почему, перешла она на шепот.
- Не хочу расстраивать маму, - грустно протянул Эрик, - мы уже давно так живем…,- и, в конце - концов, после некоторого раздумья добавил, - перемены опасны.
Девочка ничего не смогла ответить на последнее высказывание.
В общем и целом, комната Эрика вторила своим благоустройством остальной части жилища. Деревянная мебель, состоящая из кровати, стола, стула и шкафа отдавала стариной и приближалась к отметке «рухлядь».
В окне - иллюминаторе виднелись шпили разноуровневых высоток, которые, походя на солдат, собранных не по росту, разбрелись по округе, направив штыки своих ружей ввысь.
На столе в закрытом виде лежал потертый ноутбук.
Интересно, какую бы реплику отпустила Берта, узнав, что модель этого компьютера была снята с производства еще пятнадцать лет назад?
- Ну что, кто первый? - спросил Эрик, запуская ноутбук.
Девочка с непониманием посмотрела на друга.
- Тут у каждого свой аккаунт... своя комната для посещений «Месу», -пояснил мальчик.
- Тогда давай ты, а я посмотрю, как это происходит.
Возникший на экране логотип в виде надкушенного куска сыра сменил рабочий стол с изображенным на заставке лесом.
Хоть и нарисованная непрофессионально, картина была полна красок и бурлила жизнью.
- Это входило в набор с компьютером? - не поверив своим глазам, произнесла Эврика.
- Нет, это я нарисовал, - скромно ответил он, в душе ожидая похвалы.
В глазах девочки горел один единственный вопрос, - «Но как?».
- Я много строил графики на моделировании, - угадав мысль подруги, произнес он, довольный ее реакцией.
- Я гляжу, наши прогулки идут тебе на пользу, - вместо похвалы промолвила она.
- Если говорить языком нашей мисс Диавеллы, я стал более информативен.
После запуска программы на экране возник большой серый шар и полоса загрузки.
Как оказалось, это был не совсем обычный шар. По мере загрузки программы «веки» шара приоткрывались, в итоге явив друзьям черное глазное яблоко.
Око «Месу» воззрилось на ребят, предлагая выбрать один из вариантов общения: «Текстовой» или «Видео».
- У меня «СКУП» не работает, компьютер староват и видео связь так себе, - с оправданием произнес Эрик.
- Это даже к лучшему, - промолвила Эврика, не сводя взора с мрачного ока.
«Здравствуй, Эрик» - поприветствовала «Месу», - как прошла твоя учебная неделя?
- Вполне себе информативно, - застучал клавиатурой мальчик.
- Я поэтому поводу иного мнения, Эрик, - незамедлительно последовал ответ, - десять по информационной диалектике и осознанию технологий.
- Чем была вызвана трудность в подготовке доклада на тему: «Чувства как болезнь для информированного?».
- Это штуковина тебя что, отчитывает? - всполохнула Эврика.
- Наставляет, - процедил он и снова забарабанил по клавишам, - у меня было недостаточно времени.
- Все мы функционируем в одних и тех же временных рамках, Эрик. Большинству людей вполне хватает этого. А некоторые успевают за отведенное им время не только выполнить повседневные задачи, но и поучаствовать в совершенствовании творений «Чизис».
- Ну-ка дайка мне! - вступила в бой Эврика и поймала умоляющий взгляд друга.
- Я буду осторожна, - заверила она и застучала клавиатурой, - все мы лишь числа, обращающиеся во времени. И каждый житель Солэса подобен цифре. Только числа бывают разные. Служащие «Чизис», без сомнения, не могут претендовать меньше, чем на 100, ну а я... я всего лишь 10, как и мои оценки. Но ведь и сотрудники достославного «Чизис» в свое время начинали свой информационный путь с единицы. Так что мне всего лишь надо совершить больше оборотов во времени, и я непременно доберусь до 100.
«Месу» ответила не сразу.
- Прекрасно Эрик. Закончим на этом.
Мальчик удивленно вытаращил глаза на подругу, - так быстро у меня еще никогда не проходило.
- Я тоже становлюсь информативной, - хохотнула она, - ну, что, теперь я с ней поговорю?
Регистрация нового аккаунта не заняла много времени.
- Здравствуй, Эврика, - появилось на экране стандартное приветствие «Месу», - как прошла твоя первая учебная неделя?
- Очень информативно.
- Девочка ожидала лобовой атаки, но система решила ударить с фланга.
- Прекрасно. Вы с Эриком заходите с одного компьютера?
Мальчик нахмурился.
- Да. У меня нет своего компьютера.
- До школы идти ближе. Почему ты выбрала компьютер Эрика?
- Потому что таков мой выбор, - с силой забарабанила по клавишам девочка.
- Выбор граждан Солэса должен быть подчинен логике, а чему подчинен твой выбор?
- Стой, - положил ей руку на плечо Эрик, тем самым предостерегая от необдуманной реплики.
- Да поняла я, что осторожно надо! - рявкнула девочка, - но эта штуковина дождется, что я из нее все микросхемы повытаскиваю!
- Главное не спешить.
- Я хотела бы получить ответ, Эврика, - появилось сообщение на экране.
- Компьютер тормозит, - продавила клавиши девочка и после некоторой паузы с быстротой застучала ответ, - мой выбор подчинен мудрости миссис Малефис, ведь это она порекомендовала мне обратиться к кому-либо из учеников, чтобы я могла воспользоваться их компьютером. А так как миссис Малефис безусловно мудра, то принять ее совет равнозначно подчинению логике.
Громкий удар по клавише ввода был подобен удачно проведенному апперкоту.
- Прекрасно. Закончим на этом.
- Кажется, пронесло, - с облегчением выдохнул Эрик.
- Как мы ее уделали, а?! - победоносно воскликнула Эврика.
Казалось, лампочка на футболке девочки вот-вот засветится.
- Ну, не мы, а ты, - скромно произнес мальчик.
- Не прибедняйся! Если бы ты меня не остановил, штуковина размазала бы меня как масло по хлебу.
- Хлеб по маслу, это как?
- Как много нам еще предстоит, - подражая мисс Диавелле, озабоченно покачала головой Эврика.

Глава 7. Здравствуй мама

Ничем не примечательный учебный день пролетел перед глазами Эврики, не оставив в душе девочки ничего, кроме осознания впустую потраченного времени.
Дабы не нажить себе лишних проблем, друзья условились не контактировать между собой в школе. Облокотившись о решетку школьного забора, Эврика ожидала своего товарища.
Мимо девочки одинокими кометами пролетали уткнувшие свои носы в мобильные устройства школьники. Казалось ничто, даже внезапно обрушавшееся на их головы торнадо, не было способно оторвать учеников от электронных друзей.
Энергично водя пальцами по экрану, проплывающие мимо дети, забрасывали кодами расположенные на дисплеях леса и горы, за что получали очки. «Hungrycodes» - новейшая компьютерная игра для юного поколения Солэса пленяла своей простотой, о чем говорили глупые улыбки на серых лицах детей, запускающих оголодавшие потоки чисел в творения природы.
- Ну, наконец-то, а то тут со скуки помереть можно! – воскликнула Эврика, заприметив друга.
- Сегодня не могу, - уныло протянул Эрик, - маме не здоровится, нужно заскочить в аптеку.
- Я могу составить тебе компанию, - участливо предложила она, на что мальчик лишь кивнул головой.
Некоторое время пути друзья пребывали в молчании. Тут и там по улице проносились всевозможные модели роботов. Механизированные уборщики, разносчики пищи, сварщики и техники колесили, плыли и даже парили над асфальтовым покрытием, не обращая никакого внимания на мельтешащих неподалеку людей. Создавалось ощущение, что жители Солэса являлись какой-то причудливой декорацией к миру машин и электроники, кои заполнили все сферы деятельности в городе. На электронных информационных экранах небоскребов проплывал логотип корпорации «Чизис», творения которой были так дороги гражданам города.
Вдалеке неживой компьютерный голос оповещал о новых моделях электронных устройств.
- И как здесь можно жить? – проворчала Эврика, - всюду эти мерзкие железяки, да еще и гарь какая-то, - фыркнула она.
- Тут всегда так пахнет, - вздохнул мальчик, - «Чизис» работает без остановки. Увеличивает производство, разрабатывает новые технологии…
- Разжижает мозги людям, - продолжила список Эврика.
- Мы не можем отказаться от всего этого, - не споря по поводу сокращения умственных способностей населения Солэса, произнес мальчик, - все задумано так, чтобы мы остались здесь.
- Это все чушь! – запротестовала подруга, - пригород даст нам все, что необходимо.
- Но тогда почему ты здесь? – словно ножом, ударил Эрик.
- Видите ли, мистер Слипс, - огрызнулась она, сверкнув зелеными огнями, - если бы мои мама и папа были живы, то у меня не было бы нужды посещать эту замечательную школу, до отказа набитую столь прекрасными личностями.
- А чего ты сразу обзываться-то?
- Я обязательно передам мистеру Слипсу, какого ты мнения о нем, - отрапортовала она.
Эрик не знал, что и ответить.
- Ладно, проехали, - выдержав длительную паузу, произнесла Эврика, - долго нам еще?
- Не очень.
- А что за лекарство надо купить?
- Септвилз, от кашля. Его еще постоянно рекламируют. «Семь колес – без бед и гроз», - повторил популярный слоган Эрик.
- Оно хоть кому-нибудь помогло? – с сомнением спросила девочка.
- Ну…, - неуверенно протянул мальчик, - в новостях пишут, что да. Ученые Солэса говорят, что без него никак. Оно крайне эффективно при всех разновидностях кашля, затрудненном дыхании и прочих недугах.
- Газету наверняка издает «Чизис», а ученые работают там же, - с иронией промолвила Эврика.
- Конечно, - не обнаружив в словах подруги подвоха, твердо ответствовал он.
- А может твоей маме следует обследоваться? Или как тут это у вас называется? Сходить к врачу?
- Мама не соглашается, - печально произнес мальчик, - говорит – очень дорого. Страховки у нас уже давно нет. Да и обследования эти ни к чему не приводят. Как-то раз мы сходили на такое. Нас всех просветили какими-то устройствами, а затем, покачав головой, врачи произнесли, мол: «Человек – существо не изученное, но в целом все в порядке».
- То есть не машины обслуживают людей, а люди машины, - подвела неутешительную черту, Эврика.
- Похоже на то. Потому наверно о нас некому позаботиться, - согласился Эрик.
Через некоторое время пути, мальчик, словно спохватившись, запустил руку в рюкзак и вручил девочки маленькую черную коробочку с дисплеем.
- Это мой старый коммуникатор, - ответил он на немой вопрос подруги, - я знаю, ты не любишь всякие там устройства, но по нему мы сможем переписываться на расстоянии в случае необходимости.
- Ну вот, теперь и я начинаю превращаться в этих, - кивнула она в сторону «информированных» прохожих, и приняла подарок.
На углу улицы показалась аптечная лавка. Рядом с вывеской в виде цистерны, обвитой стальным шлангом, походящим на змею, мерцали буквы на табло: «Здоровые люди – прогресс в науке».
- Если хочешь, подожди здесь. Я быстро, - произнес Эрик и скрылся за автоматической дверью аптеки.
«И посмотреть-то не на что, - окинула взглядом наполненную роботами улицу, Эврика, - один камень, да железо».
Не выдержав короткого ожидания, девочка направилась в лавку.
Эрик, будучи единственным покупателем, стоял возле аптечной кассы и рассчитывался с продавцом.
Бросив взгляд на аптекаря, девочка остолбенела. У Эврики перехватило дыхание, а внезапно возникшее головокружение заставило ее опереться о стену. В окне кассы стояла темноволосая невысокая женщина средних лет в белом врачебном халате. Бледное лицо аптекаря не выражало ни единой эмоции. Даже присущие жителям Солэса усталость и безразличие не оставили следа на ее лике. Пустые, лишенные жизни, глаза женщины остановились на Эврике.
- Мама! – вырвалось у девочки слабое восклицание, - мамочка!
Рой мыслей в голове Эврики жужжал и пытался вырваться наружу в виде слов, но не смог преодолеть незримого барьера. Вместо этого по щекам девочки покатились слезы. Радость и боль, подпитываемые потоком воспоминаний, сплелись воедино, и она бросилась к кассе, чтобы заключить маму в объятия.
Эрик только и мог, что стоять в растерянности и хлопать глазами.
- Я Вас не знаю, - острым копьем вонзился в сердце Эврики ответ женщины, - Вы с кем-то меня спутали. Вы что-нибудь будете брать? – прозвучал неживой голос.
Никакая телесная боль не могла бы сравниться с тем, что испытала девочка в этот момент. Дверца души Эврики, открытая для принятия материнского тепла и заботы была с силой захлопнута. Девочка рухнула на колени прямо посреди аптеки и громко зарыдала.
- Прекратите немедленно или я вызову охрану, - прозвучал бесчувственный голос.
Мальчик мигом подскочил к своей разбитой горем подруге и, подхватив ее под руку, не без труда вывел девочку из аптеки.
Сидя на тротуаре, она рыдала и постанывала, словно раненый зверь. Казалось, потоку слез не будет конца. Попытки Эрика привести ее в чувство не увенчались успехом.
Через всхлипы изредка доносилось, - за что? Почему? Мамочка…
Пролетающему мимо потоку роботов не было никакого дела до чужого горя. Впрочем, снующим туда-сюда жителям Солэса тоже.
Постепенно девочка начала приходить в себя. Красные от слез глаза более не сияли зеленым огнем, а лампочка на груди Эврики затухла.
- Не провожай меня, - отстраненно промолвила она и, поднявшись, зашагала прочь.

* * *

Совместные прогулки в пригород закончились. По окончании уроков Эврика в спешке покидала школу, а попытки мальчика нагнать подругу и поговорить, не имели успеха.
Эрик догадывался, куда каждый день после занятий могла ходить Эврика. В конце концов, терпение мальчика кончилось, и он принял решение отправиться следом за ней.
Словно верный пес, преданный своему умершему хозяину, девочка изо дня в день приходила на «кладбище», и через витрину аптеки смотрела на свою маму. Иногда она заходила внутрь, чтобы разглядеть маму поближе, что неминуемо приводило к граду слез и просьбам женщины немедленно покинуть помещение.
Как-то раз, в надежде пробудить материнские воспоминания, Эврика принесла темноволосой женщине несколько черно-белых семейных фотографий. Маленькая, светящаяся счастьем, девочка в объятиях отца и матери на пикнике под кленом. Лик аптекаря не был подвластен эмоциям. Люди, изображенные на фотографии, были ей чужими. А женщина справа абсолютно не была на нее похожа. Во всяком случае, реплика аптекаря, - я сейчас вызову охрану! - лишь подтвердила подобные умозаключения.
С каждым новым приходом Эврики к «могиле» матери, жизненная энергия покидала девочку. Электричество, ранее подпитывающее лампочку на синей футболке, было отключено.
«Ты убиваешь себя, Эврика. Ты не должна сюда приходить» - раздался голос позади.
Девочка вздрогнула, и обернулась.
- Это не твоя мама. Это лишь оболочка. Она погибла в тот день, когда «Чизис» забрал ее. Пойдем со мной, - твердо произнес Эрик, и протянул подруге руку.
В глазах Эврики вспыхнули слабые искорки зеленого пламени, и она, сделав шаг навстречу, с размаха влепила мальчику пощечину.
Эрик ошарашено глядел на свою подругу. Удар пришелся в то самое место, где не так давно полыхало клеймо, от оставленного девочкой поцелуя. Отпечаток пощечины, оставленный Эврикой на его щеке, просачивался сквозь кожу и наполнял организм мальчика болью и обидой, временно замещая собой счастливые воспоминания.
Кажется, последствия содеянного начали доходить до измученного сознания девочки. Очищающие слезы разрядили возникшую в душе Эврики серую тучу печали и скорби и вылились наружу, водопадом скатываясь по ее щекам.
Эрик, чье сердце более не металось меж двух огней, без промедления сделал свой выбор и заключил подругу в объятия.
Остаток этого дня друзья провели в пригороде, наслаждаясь дыханием природы.


Глава 8. Ложь во благо

Круговерть серых учебных дней еженедельно заканчивалась посещением «Месу». Если бы система не обладала искусственным интеллектом, можно было подумать, что ей управляет мисс Диавелла. Объединив усилия, друзья с достоинством отражали атаки хитрой машины, и выходили из битвы победителями.
Единственной отдушиной для друзей служил пригород, где не нужно было притворяться и строить из себя душевнобольных. Медленно но верно Эрик и Эврика расцветали. Каждый по-своему. Мальчик, из «информированного» невежды превращался в образованного юношу, не выпускающего из рук записную книжку, а девочка… найдя опору, без которой она бы наверняка сорвалась в обрыв, научилась делать так, чтобы ее лампочка не растрачивала свой огонь понапрасну, а светила лишь тем, кто способен увидеть и принять ее сияние.
Однако в один прекрасный день, если можно так назвать день, проведенный в стенах школы общей информации №968, из громкоговорителя донеслось:
«Ученикам №111-Z - Эрику и Эврике, срочно явиться в кабинет директора».
Друзья недоуменно переглянулись.
Мистер Слипс и бровью не повел, продолжив нагонять на класс сон.
- Даже Берта голоса не подала, - шествуя по коридору, произнес Эрик.
- Я ее даже не видела сегодня. Наверняка осталась дома наедине со своими приборчиками, - фыркнула девочка.
Очутившись в кабинете директора, друзья не могли не почувствовать надвигающейся беды.
Помимо миссис Малефис в кабинете находились мисс Диавелла, Берта и даже Биф! Что забыл в этой скверной компании мальчик, было непонятно.
- Присаживайтесь, - произнес директор таким тоном, словно готовился сытно пообедать.
Пакостная ухмылка на лике Берты лишь подтвердила факт подготовки к трапезе.
Походя на подсудимых, ожидающих приговора, друзья заняли свободные места.
- Я, признаться, никак не ожидала подобного от тебя, Эрик. От Эврики уж куда не шло, но от тебя, - прищелкнул клювом директор, - все это время я полагала, что ты перевоспитываешь и наставляешь нашу нерадивую ученицу…
- Это почему это я…, - забурлила девочка.
- Нашу нерадивую ученицу, - безапелляционно произнесла миссис Малефис, - водишь ее на «Месу» со своего компьютера. Помогаешь делать уроки. Просвещаешь…
- А он оказывается всех нас за нос водил! – вмешалась мисс Диавелла, чья полоса негодования перевалила за черту 100%.
- Всех нас! – подтвердил директор, окинув взором собравшихся.
Эрик молчал, не сводя взгляда с Берты. Он знал, что все это прелюдия, и что девочка была приглашена сюда не просто так. Скоро должны последовать вещественные доказательства. Но что это может быть?
- А я ведь говорила, что в их ответах «Месу» кроется презрение к нашим идеалам! – полыхала праведным гневом, мисс Диавелла.
«Отчеты «Месу» это слабовато», - не показывая виду, перебирал варианты Эрик, - «здесь что-то еще…».
- Любим гулять по пригороду, вот значит как?! – не выдержав, спикировала миссис Малефис.
«Ах, вот куда вы клоните! Ну-ну, посмотрим, кто кого!» - подумал мальчик.
- Не гулять, а провожать до дома Эврику, - с железным спокойствием произнес Эрик.
- А сама она дойти не в состоянии?! Дружбу водите! – воскликнула мисс Диавелла.
- Помогаю делать уроки, просвещаю, - последовал ответ.
- Просвещаешь, значит?!
- Именно это я и делаю. Нельзя не заметить, как благотворно сказывается мое просвещение на оценках моей подопечной. Разве 9 и 10 не являются тому подтверждением? – ораторствовал Эрик не хуже мистера Слипса.
- В куртке! У него в куртке! – не выдержала переполненная ядом Берта, - мы с Бифом все видели!
У Эрика ёкнуло в груди. Замысел врага становился понятен.
- И ты, Биф! – воскликнула Эврика, устремив пылающий взгляд на потупившего взор паренька, - тебе-то это зачем?
- Наш долг всегда служить науке…, - забурчал себе под нос Биф, как бы в оправдание.
- Вот именно! Но, кажется, это касается не всех, - встряла мисс Диавелла.
- Да в куртке же! Вон там! В кармане куртки! – бесновалась Берта.
- Я достану…, - покорно ответил Эрик, потянувшись к карману.
- Стоять! – рявкнула нечеловеческим голосом миссис Малефис, - куртку! Сюда!
Мальчик замер.
- Я сказала сюда! – протянул когтистую лапу директор.
Эврика не в полной мере осознавала, что происходит, однако ощущение большой беды не покидало ее с самого начала беседы.
Эрик отдал куртку директору, так, словно, в этой вещи была заключена его душа.
Миссис Малефис без промедлений нашла искомое. Маленькая записная книжка оказалась в руках директора. Мальчик глубоко вздохнул. А у Эврики закружилась голова.
Собравшиеся притихли в ожидании речи директора.
- Наконец я оказался в пригороде, - смакуя каждое слово, произнесла миссис Малефис, - теперь-то я буду иметь практическое представление об этом явлении, в чьей пагубности мне не приходится сомневаться…
Директор остановился и попытался проморгаться, будто глаза подвели его.
Участники собрания недоуменно уставились на оратора.
- В чьей пагубности мне не приходится сомневаться, - продолжала она, - раз за разом посещая пригород я убеждаюсь в истинности науки, в необходимости следования ей и отрешения от всего, что не связано с прогрессом.
- Все эти нагромождения растительности пробуждают в нас желание расслабиться, отвлекают от цели, мешают выполнению поставленных задач, - читала миссис Малефис подавленным голосом.
- Не проходило и дня, как я говорил с Эврикой о нашем учении. Да, я признаюсь, что я делал это по-своему. Делал это так, чтобы ей было понятно. Говорил с ней на понятном ей языке. Наши разговоры не прошли даром. Она осталась в Солэсе. Я приложу максимум усилий, чтобы и из нее в дальнейшем получилось нечто большее, нежели просто человек.
Лик Берты омрачила печать траура.
Эврику затошнило. Ей казалось, что это просто кошмарный сон. Такого не могло случиться.
Мисс Диавелла пребывала в задумчивости.
- Это прекрасно…, – таким голосом, словно кто-то умер, произнесла миссис Малефис.
Не спросив разрешения и не взглянув на поверженную подругу, Эрик молча поднялся и, забрав свои вещи, покинул кабинет.

* * *

- Нам нужно поговорить, но не здесь, - ожидая в коридоре Эврику, произнес мальчик, покосившись на камеры под потолком.
Девочка остановилась и долго смотрела на него. Смотрела так, словно перед ней стояло какое-то неведомое существо. Оборотень. На глазах Эврики показались слезы, но девочка набралась сил и, сделав глубокий вдох, скрыла их, - наши разговоры не прошли даром. Она осталась в Солэсе, - повторила Эврика отдающие болью в сердце слова из записной книжки, - не проходило и дня, как я говорил с Эврикой о нашем учении. Говорил с ней на понятном ей языке. Я приложу максимум усилий, чтобы и из нее в дальнейшем получилось нечто большее, нежели просто человек…, - глаза девочки наполнились гневом, и мальчику показалось, что зеленый цвет сменился алым, - нечто большее, нежели просто человек…,- с нажимом повторила она и выдала, - пошел ты к черту, урод!
Если бы не видеонаблюдение девочка наверняка бы врезала ему, но вместо этого, она развернулась и убежала прочь, оставив оцепеневшего Эрика в коридоре.
Не застав девочку в классе, мальчик выбежал во двор и ринулся следом за ней.
«Нужно догнать и все исправить прямо сейчас» - искрились лихорадочные мысли в голове.
На мосту, ведущему в пригород, мальчику пришлось сделать остановку. Закололо в боку.
«Надо больше двигаться» - в попытке отдышаться, подумалось ему.
Солнце светило в лицо, не желая впускать предателя в обитель природы.
Щурясь и не глядя под ноги, пару раз мальчик чуть не упал. Несколько желудей, посланных с буковых ветвей, приземлились ему на голову, и даже птицы перестали петь, грозно уставившись на нежеланного гостя.
- Я как лучше хотел! - раздосадовано закричал мальчик.
Миновав покосившиеся деревянные качели, Эрик подошел к крыльцу дома. Окна были занавешены. Строение не подавало признаков жизни, и не было никакой уверенности в том, что внутри кто-то есть.
Постояв некоторое время перед дверью, мальчик обдумал речь и, наконец, постучал.
Ответом на стук послужило молчание.
- Эврика, выслушай меня! – не выдержав тишины, воскликнул он.
За дверью послышались шаги, и Эрик приободрился.
- Эврики нет дома, - не дала мальчику объясниться, возникшая на пороге пожилая женщина, - ты, очевидно, Эрик.
- Да, здравствуйте, - пробормотал сбитый с толку мальчик.
С мамой Эврики они были похожи как две капли воды. Разве что, некогда темные волосы бабушки были покрыты сединой, а глаза все еще были полны жизни.
- А как я могу ее найти?
- В это время она должна находиться в школе, - не без пренебрежения сделала акцент на последнем слове она, - разве ты не должен быть там же?
- Ах, да, безусловно, благодарю, - сбивчиво проговорил он, и растерянно улыбнувшись, сошел с крыльца.
«Только бы она ничего не натворила…» - закусил губу Эрик.
«Вдруг она в городе? Нет…, не могла она туда пойти. После случившегося…», - отмел он безосновательное предположение.
«Здесь мы с мамой всегда читали…» - вдруг раздался в голове мальчика знакомый голос, - «ну, конечно, Эврика там! Больше ей и негде быть».
Узкая тропа, что поднималась по поросшему травой холму, вывела Эрика к раскинувшемуся на возвышении многолетнему клену.
Эврика сидела под деревом, облокотившись спиной о широкий ствол клена. Лицо девочки все еще сохраняло остатки слез. Глаза девочки были прикрыты, а лик отражал пережитые недавно душевные страдания.
Казалось, многолетний клен силился заслонить Эврику от всех невзгод, простирая над ней свои длинные, покрытые листвой, ветви.
Не доходя нескольких метров до нее, Эрик остановился и достал из кармана куртки свою записную книжку.
- Наконец я оказался в пригороде, - начала он и девочка, вздрогнув от неожиданности, открыла глаза, - теперь-то я буду иметь практическое представление о прекрасном мире, который был описан в книге сказок.
О пагубности «Чизис» и прочей ерунды я догадывался еще давно, но именно природа, чтение и Эврика пробудили меня от многолетнего кошмарного сна, - мальчик читал, не поднимая взора, быть может опасаясь негативной реакции девочки на его приход.
- Каждый лист на дереве, каждый лепесток цветка уникален по-своему. Куда там так называемым штампованным творениям науки до этого многообразия природы!
Здесь мне хочется дышать, улыбаться и рисовать. Прогулки с Эврикой, с человеком, вытащившим меня из болота удушливого города, незабываемы и чудесны. А она сама разве не чудо?! Принцесса из замка под названием природа. Это она, а не принц, проделала нелегкий путь, чтобы спасти меня, и ей это удалось.
- А ее зеленые глаза, а ее веснушки, а ее румяное личико, а поцелуй в щеку. Я до сих пор помню его обжигающее тепло. Жаль, что она не увидит этих строк. Хотя ей и не нужно, она ведь и так знает, как я отношусь к ней и к пригороду, без которых я бы не стал тем, кто я есть сейчас, - последний абзац Эрик читал тихо, пребывая в смущении.
Дочитав, мальчик, наконец, отнял глаза от записной книжки и посмотрел на девочку.
Она сидела все там же, под деревом. Глаза Эврики были устремлены на него. Зеленые огни полыхали ярким светом.
Мальчик вынул и второго кармана еще одну, точно такую же записную книжку, и бросил на землю.
- Две книжки, - твердо произнес Эрик, - одна для них, одна для тебя. Тебе решать, какая из них настоящая.
- Какая же я дура! – прозвучало в ответ, и по озаренному улыбкой личику девочки покатились градины слез.
Эрика подбежала к нему и стиснула его, словно спасательный круг.
Повидавший много радости и печали на своем веку мудрый клен, укрыл под сенью листвы два любящих сердца, на время оградив их от волнений и невзгод внешнего мира.


Глава 9. Поездка

Дни сменяли друг друга так, будто некто незримый и могущественный переворачивал страницы книги под названием «жизнь» одну за другой. Если для жителей Солэса такие дни не имели никакого содержания, подобно чистым листам без единой буквы на нем, то для двух друзей, двух любящих друзей, каждый день был чем-то новым, радостным и обнадеживающим.
Но рано или поздно, череда сменяющих друг друга дней останавливалась для того или иного живого существа. Таков был закон природы. Конечная остановка для всего существующего.
Как никогда наполненная жизнью Эврика готовилась ко сну. Скорее направляла все усилия, для того, чтобы отправиться в мир грез. Эрик не выходил из ее головы. Храбрый рыцарь. Стойкий. И еще хитрый! Нет! Не то слово… умный! Да умный… и привлекательный. Одним словом – мой Эрик.
«Нет… так я точно не усну», - вздохнула девочка, уставившись на заделанный брезентом потолок чердака.
Вдруг, дисплей подаренного Эриком коммуникатора, засиял голубым светом.
Руководствуясь принципом «нужно быть осторожным», друзья редко использовали передачу сообщений посредством электронных устройств. Только в случае крайней необходимости.
На экране высветилось всего несколько слов.
«Маме становится хуже».
Для принятия решения девочке не потребовалось много времени.
«Скоро буду. Жди» - тут же последовал ответ.

* * *

Под раздающиеся в квартире звуки надрывного кашля, мальчик метался из кухни в комнату, принося больной матери то воды, то таблеток. С тем же успехом он мог бы присесть на стул рядом с ней и не тратить силы понапрасну.
«Это временно… пройдет… не волнуйся», - в перерывах между приступами кашля, доносился слабый голос матери.
Эрик знал, что не пройдет. Не хотел знать, но знал. В бездушном городе мальчик ни разу не сталкивался с такой ситуацией, когда у кого-то нужно было что-то просить. Нет, речь шла не о многочисленных структурных подразделениях системы, фондах поддержки, медицинских кабинетах и прочих учреждениях. От них вряд ли можно было добиться помощи, если ты конечно не робот или какое-нибудь электронное устройство, коим требуется срочная починка.
Эрик уже давно хотел попросить о помощи небо или космос, включающий в себя мириады планет и звезд. Для мальчика недосягаемая «высь» представляла собой нечто единое и всеобъемлющее, чему, он до сих пор не смог еще найти названия.
В глубине души мальчик верил, что все сокрытое за стелящимся над городом полотном, может говорить. И каждая звездочка, каждая планета говорят на едином языке, а их отзвуки сливаются в унисон и проносятся по вселенной. Только вот Эрик никак не мог разобрать, о чем идет речь.
И вот, в надежде быть услышанным, мальчик попросил «вышину» дать ответ на извечно возникающий у него вопрос «почему».
К сожалению ответа не последовало.
«Возможно, поступает слишком много запросов, а ведь их еще надо обработать и перевести на язык вселенной…», - думалось Эрику, - «Месу быстро обработала бы такой запрос…».
Резкий стук в дверь вывел Эрика из мрачной задумчивости и мальчик пулей метнулся к выходу.
Перед удивленным взором мальчика предстали полные готовности к действию Эврика и бабушка.
- Моя бабушка – миссис Ригид. А это Эрик, - произнесла девочка.
- Мы уже знакомы, только не были представлены друг другу,- промолвила она, и решительно преодолев порог квартиры, без труда отыскала комнату с больной.
- Не важно выглядите миссис Хьюми. Вам надо срочно покинуть это место, - произнесла миссис Ригид, сделав пренебрежительный акцент на слове «место».
Видимо, склонность «метать молнии» была в крови у семейства Ригид. Но бабушка явно лидировала в данном направлении, а ее решимость и прямота не имели четких границ.
- Это миссис Ригид, бабушка Эврики, - представил гостью подоспевший Эрик.
Сначала мать мальчика подумала, что у нее начались галлюцинации, но через время, удостоверившись, что картинка четка, не размыта и похожа на реальность, набралась сил для ответа.
- Я очень признательна Вам, миссис Ригид, за проявленное беспокойство, но все же не могу принять Ваше предложение в силу некоторых обстоятельств…, - волна утробного кашля прервала повествование миссис Хьюми.
Лик мальчика казался бледнее, нежели истощенное лицо матери.
Миссис Ригид посмотрела на тетю Лизу с жалостью, и вынесла вердикт, согласно помыслам собравшихся, - Ваша болезнь смертельно опасна, миссис Хьюми. Это чахотка. Так называемая чахотка Солэса, - сделала она пренебрежительный акцент на последнем слове, - я не сильна в медицине, но мой муж как раз умер от такой болезни. Так что поверьте мне на слово, я очень хорошо знаю ее симптомы и последствия. Так вот, при данных обстоятельствах несколько не разумно с Вашей стороны, если Вы конечно не склонны к суициду, оставаться в этой…,- пыталась подобрать более подходящее слово миссис Ригид, - в этом притягательном месте. Посему, Вам будет необходимо проехать с нами в пригород. Тамошний воздух окажет на Вас благотворное влияние, - отрапортовала она.
Мисс Хьюми набрала воздух в поврежденные легкие для выражения своего несогласия, однако в тот же миг была прервана миссис Ригид.
- Все ваши пожелания Вы сможете высказать в пути.
- Вы сказали проехать? – наконец подал голос Эрик.
- Именно так я и сказала.
- Но на чем?
- Увидишь, - подмигнула ему Эврика.
Деревянная повозка, запряженная парой лошадей, стояла прямо перед подъездом высотки. Даже на охваченной ночью пустующей улице подобный вид транспорта смотрелся странно и не к месту, учитывая великое множество информационных дисплеев, и всевозможных электронных устройств, коими был переполнен Солэс.
Для мальчика эти существа вместе с ветхой повозкой, казалось, сошли со страниц сказок. Увидеть их пригороде еще куда не шло… но здесь, в Солэсе!
- Одолжили у соседей, - ответила Эврика на немой вопрос друга.
Погрузив обессилевшую тетю Лизу в повозку, компания заняла свои места. Мальчик расположился рядом с мамой. А семейство Ригид уселось спереди. Безусловно, вожжами управляла бабушка.
Не сказать, что повозка ехала быстро, ведь ценный груз необходимо было везти с осторожностью, но все-таки миссис Ригид своими действенными восклицаниями то и дело подбрасывала поленьев в топку, - «А ну-ка не спать! Ф-р-р-у! Пш-ли! Будете ползти – останетесь тут на веки вечные!».
Особенно лошадей подстегивала последняя фраза, после которой животные заметно прибавляли ходу.
Огни искусственного освещения города проносились перед глазами мальчика, слепя его, словно в попытке загипнотизировать ускользающую жертву. Мысли Эрика, возбужденного ночной гонкой, хаотично парили в его голове, не оставляя места ни для чего. Он изредка бросал осторожные взгляды на задремавшую маму, а затем вновь окидывал взглядом выстроившиеся вокруг здания небоскребов. Мальчику казалось, что люди, живущие в высотках, не видят снов. На время отдыха они просто отключаются подобно компьютеру, чтобы на следующий день вновь выполнять повторяющийся алгоритм действий.
«Интересно, чтобы сказали бы все эти люди, если бы узнали, что Эрик сейчас несется прочь из города в повозке, запряженной лошадьми?!».
Мальчик до последнего был уверен, что их путь не будет столь гладок, и их вероломный поступок не уйдет от внимания общества. Не зря ведь в городе было развешено столько камер!
Вот уже показался мост, соединяющий два измерения. Как оказалось, Эрик был прав. У въезда на мост дежурил робот.
На круглом дисплее, прикрепленном к массивному стальному корпусу, виднелись два электронных глаза, фиксирующих происходящие, а чуть ниже динамик, для воспроизведения звука. Два широких стальных стрежня, отдаленно напоминающих человеческие ноги, имели маленькие шасси для передвижения.
Перегородив дорогу лошадям, робот патрульный произнес неживым электронным голосом.
- Цель Вашего следования.
- Едем домой в пригород, - пренебрежительно бросила миссис Ригид.
- Все находящиеся в транспортном средстве лица проживают в пригороде?
- Да, - с нажимом промолвила бабушка.
- Ответ неверный. Эрик и Элизабет Хьюми проживают в Солэсе.
Повисла неловкая пауза, которая была нарушена восклицанием Эврики.
- А вот и верный, чертова железяка! – и выхватив у бабушки вожжи, девочка что есть силы подстегнула лошадей.
Первое, что сделали благородные животные, получив желанный приказ, так это расчистили себе дорогу. Удар копытами по дисплею послужил весомым аргументом в подтверждении слов Эврики.
- Нар-шенье пор-д-ка! – донеслось из поврежденного динамика опрокинутого наземь робота.
Эрик не верил глазам своим.
Повозка перелетала через мост.
- Его все равно надо было в ремонт, – как ни в чем не бывало произнесла девочка, под одобрительный хохот миссис Ригид, - ты ведь теперь живешь у нас, а значит ошибочка вышла. Да и до школы рукой подать.
Эрик не мог не согласиться с подобным выводом.

Глава 10. Прощай мама

Ночь выдалась тяжелой для всех, кто нашел приют под крышей «скворечника», принадлежащего семейству Ригид. Но в особенности нелегкой она выдалась для миссис Хьюми, которая смогла забыться сном лишь под утро.
Первые лучи пробуждающегося солнца проникли через окно первого этажа дома Ригид и, скользнув по столу, перешли на стены, вычерчивая незамысловатые узоры.
Расположившаяся за столом компания имела крайне утомленный вид, если не сказать больше. Перетягивание каната, именуемого – «жизнь миссис Хьюми», завершилось со счетом 1:0 в пользу троицы. Однако сколько еще предстояло раундов с могучим противником, сказать было трудно.
- Несомненно, воздух Солэса не идет ни в какое сравнение с нашим, - не забыв сделать акцент на наименовании города, устало произнесла миссис Ригид, - однако болезнь очень сильно укоренилась в груди твоей мамы, Эрик…
- Она умрет? – напрямик спросил он.
- Не исключено.
Эврика придвинулась к другу и взяла его руку в свою.
Мальчик не сводил полного надежды и решимости, взора, с миссис Ригид.
- Есть еще горный воздух, - промолвила она, - длительное пребывание на возвышенности может увеличить шанс, но…
- Мы не сможем туда попасть, - подвел черту Эрик.
- Путь не близок. Твоя мама слишком слаба, - крайне недовольная данными обстоятельствами, произнесла бабушка, не любящая неразрешимых ситуаций.
- А что если попробовать? – не теряя надежды, промолвила Эврика, - снарядим повозку всем необходимым и в путь!
- Рискованно…, - пробормотала себе под нос миссис Ригид, - рискованно…а в сущности…может и правда…что так рискованно – что эдак рискованно… Решено! Завтра утром выдвигаемся! – в конце концов, выдала бабушка, хлопнув по столу.
Лицо Эрика чуточку просветлело, а Эврика на радостях с силой сжала его руку.

* * *

Миссис Хьюми выбралась из забытья лишь под вечер. Что удивительно, она была полна сил и выглядела так, словно и не было никакой болезни! Неужели природа пригорода сумела так скоро исцелить ее? Или здесь было что-то другое.
Миссис Хьюми, казалось, помолодела лет на десять! А этот румянец на щеках! И никакого кашля.
Эрик не мог не радоваться, глядя на свою маму. Такой цветущей он не видел ее уже давно.
«Запрос обработан», - подумал мальчик, улыбнувшись.
Семейство Ригид отправилось делать необходимые приготовления к завтрашнему отъезду, оставив мальчика с мамой наедине.
- Горы это наверняка очень интересно и захватывающе, - произнесла миссис Хьюми, - конечно же, я хотела бы там побывать, Эрик, - ответила она на предложение сына о поездке.
- Обязательно побываешь! – заверил ее мальчик, - мы будем много путешествовать, после того, как ты поправишься.
- Я хотела бы много путешествовать, - промолвила она с оттенком грусти, не ушедшим от внимания Эрика.
- И будешь мама! Непременно будешь! – воскликнул он, желая рассеять печаль, - тебе надо отдохнуть, завтра предстоит трудный день!
- Я обязательно отдохну, - промолвила она, ласково проведя рукой по щеке сына, - ты очень похож на своего отца. Такой же целеустремленный и любящий. Конечно все это не для тебя, - мотнула она головой в сторону, подразумевая тем самым Солэс, и все что с ним связано.
Эрик не проронив ни слова, внимательно смотрел на мать, в надежде услышать историю о своем отце.
- Он работал на заводе по производству информационных таблоидов, - тихо произнесла миссис Хьюми, словно боясь, что кто-то может услышать ее, - в сущности, ему никогда не было интересно все это. Деньги, как средство для существования, вот единственное, что могло приковать его, да и всех нас к этому удушливому городу.
Давненько Эрик не слышал от мамы упреков в отношении Солэса.
- Он часто водил меня в пригород, - продолжала она, - мы любили бывать здесь. Как сейчас помню речную гладь, в которой отражались наши счастливые лица, - промолвила шепотом миссис Хьюми, а в уголках ее губ промелькнула еле заметная улыбка.
- Тогда еще не было всех этих запретов. Но постепенно, пространство вокруг нас начало сужаться. Твой отец часто говорил о переезде. Он не хотел жить так. Не хотел, чтобы мы жили здесь. Он часто возмущался, причем делал это открыто, не боясь.
- В то время как раз был принят закон о стирании, - глухо произнесла она.
В комнате стало заметно темнее.
- Они собрали какую-то комиссию. Решили… решили…его…, - сбивчиво проговорила миссис Хьюми, - словом они пришли к твоему отцу прямо на завод. Но они не успели. Он ушел.
В глазах мальчика промелькнула искорка надежда.
- Ушел навсегда, Эрик, - прозвучали в голове мальчика слова матери, отдающие острой болью в сердце.
Глаза миссис Хьюми затянула пелена слез, и она запела нежным голосом.
Спи мой малыш, скорей засыпай,
Рядом я буду с тобой.
Добрые сны, приятные сны,
Увидишь ты пред собой.
Волна смутных воспоминаний всколыхнулась в душе мальчика. Нет – он не помнил слов. Но этот мотив… его невозможно забыть! Мальчику казалось, что он слышит голос отца.

Речка и солнце пусть снятся тебе,
И свежескошенный луг.
Знай ты одно – я рядом с тобой,
И не впущу я беду.
На облаке мягком ты пролетишь,
Взглянув на мир свысока.
В ответ улыбнутся и речка и луг,
Помашу рукой тебя я.
Спи мой малыш, скорей засыпай,
Рядом я буду с тобой.
Добрые сны, приятные сны,
Увидишь ты пред собой.

Мальчик склонил голову на грудь матери и зарыдал, не в силах унять колышущиеся у него в душе волны воспоминаний.
Миссис Хьюми разглаживала волосы на голове у сына и продолжала петь, воскрешая в Эрике память об отце.
Вскоре, силы, данные миссис Хьюми в займы для последнего разговора с сыном, начали покидать ее.
Тяжелый приступ кашля охватил маму Эрика, не позволяя ей вздохнуть. Мальчик метался словно мотылек, пойманный в стеклянную банку. Все попытки дать матери воды не увенчались успехом.
После тяжелейшей борьбы, последняя капля кислорода, остававшаяся в легких миссис Хьюми, преобразовалось в еле различимую сказанную шепотом фразу, - мы любим тебя… всегда любили.
После чего мама бросила на перепуганного мальчика последний, полный нежности взгляд и ушла навсегда.
Вернувшиеся после приготовлений к поездке Эврика и миссис Ригид застали распростершегося, постанывающего Эрика, на груди у своей матери.

* * *

Мама Эрика была похоронена на следующий день близ многолетнего клена на холме. Все события, связанные с прощанием с миссис Хьюми, превратились для мальчика в один нескончаемый мрачный сон, пробудившись от которого на следующий день Эрик ощутил лишь всепроникающую пустоту.
Мальчик никак не мог поверить, что мамы не стало. Может все это лишь сон? Весь этот Солэс и надрывный кашель? Затянутое тучами небо. Надкушенный кусок сыра, так притягивающий людей. «Месу», Диавелла, Малефис, Слипс. Может быть, запрос еще не обработан?
Эрик ходил, не замечая ничего и никого.
Сейчас, вот-вот, скоро он проснется в своей кровати, в пригороде, и папа с мамой скажут ему «Доброе утро». Затем они направятся к речке, и их полные счастья лица отразятся на поверхности речной глади. Сон был затяжным. Даже слишком.
Эврика не отходила от него ни на шаг. Не разбрасываясь бесполезными словами утешениями, она просто была рядом.
Вскоре их единение было нарушено приходом миссис Ригид.
- Представьте себе, прилетела какая-то железяка с пропеллером, и доставила нам вот это! - гневно ответствовала бабушка, размахивая изрядно помятым листком бумаги.
- Я думала порвать этот бред, но все же решила потревожить вас, дабы вы смогли постичь всю глубину идиотизма, царящего в этом городке!
- Поверь, бабушка, мы-то знаем! Каждый поход в школу для нас это погружение на эту глубину! – промолвила Эврика.
- Нет, вы только послушайте, - распалялась миссис Ригид, водя глазами по письму, - вам предлагается явиться на собрание совета по контролю в связи с допущенными Вами нарушениями порядка для принятия итогового решения в отношении Вас…
- По контролю за кем?! – прокомментировала прочитанное миссис Ригид, - за людьми?! Сдурели!
- Вам настоятельно рекомендуется явиться на указанное собрание совместно с Эврикой Ригид, а также Эриком и…, - бабушка сделала паузу и продолжила, - а также Эриком Хьюми, чей правовой статус подлежит установлению…
- Какой еще к черту правовой статус?! Что за ахинею они несут?! – в глубине души миссис Ригид была рада возможности выпустить пар, дабы таким образом развеять наполнившую ее душу печаль.
- А они в курсе, что их правовой статус означает, что они круглые идиоты, чей мозг представляет собой две заклинившие шестеренки?!
- И чем нам это грозит? – с тревогой промолвила Эврика.
- Тем, что мы больше никогда не сунемся в этот проклятый город!
- А если они придут сюда? – тихо произнес Эрик.
- Пусть только попробуют! У меня где-то завалялись отвертка и молоток. Я разберу этих чертовых роботов на запчасти и смастерю из железок собачью конуру – и то проку будет больше! – воинственно прозвучало в ответ.
В том, что миссис Ригид сможет реализовать задуманное, сомневаться не приходилось.
Ближе к вечеру, Эрик, поддавшись настояниям девочки, наконец, заснул.

Глава 11. Штурм

Сон был донельзя странный. Хотя где присутствовала реальность, а где сон, еще предстояло разобраться. Эрик приподнялся на кровати на первом этаже в доме Ригид. Мир пребывал во власти ночи. Странный, неприятный шум доносился снаружи. Казалось, множество гигантских жужжащих насекомых окружило дом, и теперь решает, каким образом им поступить – атаковать или держать в оцеплении проживающих в нем людей.
За окном промелькнул большой, величиной с комнатный телевизор, металлический светящийся шар, а за ним следом еще несколько.
«Точно сон» - подумал Эрик.
- «Просим всех проживающих немедленно покинуть сооружение!» - донесся неживой электронный голос снаружи.
«Черта с два так будет!» - прозвучал из соседней комнаты голос миссис Ригид.
У Эрика закружилась голова.
Окно на первом этаже разлетелось вдребезги и в проеме появилось стальное щупальце, начавшее обстоятельно обшаривать близлежащее пространство.
Через мгновение в комнате очутилась Эврика. Лампочка на ее синей футболке тревожно мигала.
- Это сон? – все что смог выговорить Эрик.
- Надо уходить, - прозвучало в ответ и, схватив его руку, девочка потащила мальчика к выходу.
Вооружившись шваброй, стоя в одной ночной рубашке миссис Ригид пыталась затолкать искусственное щупальце обратно, походя в этот момент на рыцаря, защищающего крепость от чудовища.
Входная дверь разлетелась на кусочки от мощного удара, и в проеме возник парящий над землей металлический шар со светящимся дисплеем.
- Наверх! – крикнула девочка, увлекая за собой Эрика на второй этаж.
За раздавшимся треском древесины последовало обрушение потолочного покрытия. Лишь чудом друзьям удалось избежать столкновения. Груда досок с грохотом рухнула между ними. Времени на раздумья не оставалось. Из образовавшейся в потолке дыры показалось металлическое щупальце.
Находящемуся во власти адреналина Эрику не нужно было лишних напоминаний для выполнения команды «Разделимся!».
Мальчик молнией влетел в комнату Эврики и открыл форточку. Несколько роботов все еще кружило возле дома. Свесившись из окна, мальчик спрыгнул вниз в аккурат рядом с патрулирующим роботом.
Эрик и не подозревал, что способен на подобную прыть. Чего уж говорить о подозрениях, не посетивших микросхемы робота-дежурного.
Парящий шар спохватился поздновато, своевременно не уделив внимания датчикам движения.
Расположившись в ближайших зарослях, мальчик начал постепенно приходить в себя. Наконец, когда показатели всех приборов организма, включая дыхание и сердцебиение, пришли в норму, мысли мальчика сосредоточились на Эврики.
Издалека и без того видавший лучшие времена дом, теперь приобрел в глазах Эрика вид больного, не способного к реабилитации: разбитые окна, выбитая дверь, проломленная крыша… и несколько падальщиков, кружащих неподалеку. Остальные были уже внутри и доедали внутренности неизлечимо-больного.
«Ну, где же она»? – закусил губу мальчик…, - «убежала. Конечно, убежала. Наверняка…».
К великому сожалению Эрик ошибся.
В дверном проеме показалось несколько роботов в сопровождении Эврики. Хотя вернее было бы сказать, что это роботы сопровождали девочку, ведь именно она была опутана металлическими щупальцами с ног головы и походила на хорошо сплетенный кокон, сотканный пауками, дабы еда не увиливала от своей прямой обязанности – быть съеденной в положенное время.
Кровь в один миг вскипела и негодующе забурлила в венах Эрика.
Еще секунда, и мальчик наверняка бы покинул временное убежище, если бы не миссис Ригид, чья рука крепко ухватилась за его шиворот.

Глава 12. Суд

Зал судебных заседаний №108, или как его еще называли знатоки юриспруденции – «Стираем воспоминания», представлял собой треугольную комнату, обустроенную мониторами, камерами и прочей электроникой.
Между прочим, подобное название было даровано «треуголке» не шутки ради, ибо практически все вынесенные коллегий судей приговоры приводили к одному и тому же неутешительному результату.
- А как же обжалование в апелляционном порядке? - бывало задаст неуместный вопрос робот, чьи микросхемы дали сбой.
- Подобного порядка не существует! – ответит любое работоспособное устройство, - как можно подвергать сомнению истинность вынесенного коллегией решения?! Вам может и «Чизис» не по душе?
- Нет-нет! Что Вы! – зачастит электронным голосом попавший впросак механизм, - похоже, мне и вправду пора в ремонт…
Что примечательно, в низовьях каждого из углов комнаты мерцали проекции, не представляющие особого интереса для жителей пригорода, но в то же время, являющиеся основным источником вдохновения для граждан Солэса. Углы противоположные вершине, были заняты «отцом» и «сыном», а если выразиться точнее – Фэтом Годиным (отцом основателем «Чизис») и, конечно же, самой корпорацией - его отпрыском (надкушенный кусок сыра висел в воздухе, как бы предлагая себя желающим отведать истины). Вершина, безусловно, по праву принадлежала «Месу», чья проекция представляла собой большое око. Сосредоточение усилий и надежд всех предшествующих поколений. Система выходила за рамки «человеческого» и воспаряла в холодную, неподвластную чувствам, вышину знания.
Над проекцией «Месу» висел большой черный монитор. Неподалеку находились две рядом стоящие кафедры.
Как ни странно, но в столь ранний час, зал суда был набит битком. Роботы и граждане Солэса, заступающие в вечернюю смену, пропустили свой утренний досуг и решили поглазеть, на успевшую наделать шуму, преступницу.
Несомненно, одним своим видом нарушительница вряд ли смогла бы удовлетворить сокровенные желания собравшихся, кои лелеяли надежду услышать обвинительный приговор в отношении Эврики.
Таким образом, толпа нетерпеливо ожидала начала заседания, дабы вкусить хлеба и, раз уж на то пошло – зрелищ, на арене правосудия.
Три длинных, противных слуху, сирены ознаменовали начало судебного процесса.
Металлическая дверь, ведущая в треуголку, отъехала в сторону и перед глазами, а также дисплеями собравшихся, предстала Эврика в сопровождении роботов охранников.
Несмотря на присутствующую в лике девочки утомленность после бессонно проведенной ночи, глаза ее полыхали ненавистью и презрением к окружающим.
Эврика оказалось в самом центре «треуголки» за кафедрой, а металлические щупальца охраны были наготове, выкини нарушительница что-нибудь из ряда вон.
К удивлению девочки, две судейские кафедры напротив сию секунду оказались заняты появившимися, казалось, из ниоткуда странного вида роботами. Очень отдаленно походившие на людей устройства, чьи макушки были усеяны многочисленными прикрепленными к антеннам датчиками, грозно уставились на девочку встроенными в корпус мониторами. Их металлическая шевелюра вполне бы могла пойти в сравнение с судейскими париками, если бы не имела более близкого сходства с прической медузы горгоны.
Не сказать, что девочка окаменела от их взора, но смотреть на эту пару определенно не хотелось.
Наконец, точно по расписанию, появился председатель.
Подвешенный в вершине «треуголки» монитор зажегся бледным сиянием, а на экране появилось… серое око «Месу».
Черное глазное яблоко уставилось на подсудимую.
Если до этого момента состояние Эврики можно было описать как «так себе», то теперь оно полностью подходило под - «мне конец».
«Рассматривается дело №108 о подрыве устоев Солэса Эврикой Ригид…» - прокатился по зале металлический, приправленный льдом, голос системы.
Собравшиеся зашептались. Но зашептались не столько по поводу подрыва устоев, сколько о номере дела, совпадающего с номером кабинета.
- Да, в этом определенно что-то есть!
- Это же закономерно!
- Не иначе сам «Чизис» снизошел до знамения!
Тут и там раздавались голоса.
После длительного вступления, разъясняющего права и обязанности сторон по делу, «Месу» перешла к сути вопроса (по правде сказать, прав было не так уж и много, а точнее наблюдался их полнейший дефицит).
- Формирование преступной личности Эврики Ригид произошло еще задолго до рассматриваемых событий, - докладывал председатель, сверля взором единственного глаза подсудимую, - пригород, преступник отец, непутевая мать…
- Не сметь!!! – прорычала девочка и попыталась покинуть кафедру, дабы добраться до монитора, из которого вещала система.
- К порядку! – продиссонировали судьи с антеннами на макушках.
Надзиратели немедленно привели приказ в исполнение и несколько металлических щупалец тут же оплели ноги Эврики, не позволив девочке покинуть пределы кафедры.
- Впитав множество негативных примеров, - продолжала «Месу» как ни в чем не бывало, - Эврика Ригид решила дестабилизировать обстановку в Солэсе, в связи с чем, под предлогом обучения, направилась в школу общей информации №968. На протяжении всего времени нахождения в учебном учреждении подсудимая пыталась оказать негативное влияние на учащихся, чьи умы еще слишком юны и более подвержены неблаготворному воздействию. Ее выбор пал на Эрика Хьюми. Долгое время она вводила преподавательский состав, директоры школы и даже меня…, - Эврики показалась, что в монотонном жужжании системы проскользнула нотка возмущения, - и даже меня в заблуждение.
- В конце концов, цель подсудимой была реализована. Эрик Хьюми и его мать поддались уговорам преступницы и были вырваны последней из их нормальной среды обитания.
Эврика не удержалась.
- Вы слышите, что эта штуковина несет?! – прозвучал залп, - среда обитания! Вас только что сравнили с животными! Со стадом! Вырваны они были! Из нормальной среды обитания! Вы что тут все сбрендили?!
Лампочка на футболке Эврики пылала так ярко, что могла ослепить.
Собравшиеся в зале люди закашлялись, а роботы зажужжали.
- К порядку! –прозвучал ответ от любителей стильных причесок.
Полученный от надзирателей электрический разряд слегка охладил пыл девочки.
- В итоге численность населения Солэса усилиями Эврики Ригид была сокращена, - продолжала система, - своими противоправными действиями она склонила Эрика и Элизабет Хьюми к совершению деяний, порочащих доброе имя «Чизис».
- Итак! Пригласить свидетелей! – выдал председатель.
- Пригласить свидетелей! – поддакнул дуэт судей.
- А как же допрос подсудимого?! – вырвалось у отошедшей от удара электрошока Эврики.
Подобному высказыванию было уделено не больше внимания, чем восклицанию связанной в паучьем логове мухи - «Не ешь меня!».
О! Свидетельский состав был подобран просто отменно, подобно изыскано приготовленному блюду. В число ингредиентов деликатеса безусловно вошли: Миссис Малефис, Мисс Диавелла, мистер Слипс и, конечно же,…Берта! Ради случая поквитаться с ненавистным врагом, ученица даже решилась пропустить занятия.
А где же Биф?
Дабы все прошло идеально, мальчика решили не привлекать к процессу. Еще запнется ненароком!
Реплики свидетелей были до невозможности предсказуемы и донельзя драматичны.
Миссис Малефис наконец сумела утолить голод, глубоко погрузив свой заостренный клюв в плоть жертвы.
Мисс Диавелла полыхала праведным гневом, подобно фанатику, чьи идеалы были вероломно попраны подлым нечестивцем.
По ходу прекрасно выстроенной монотонной речи мистера Слипса тут и там раздавались зевки.
Но выше всяких похвал оказалась, конечно же, Берта! Накопившаяся в девочке ненависть после полученной от противника оплеухи выплеснулась наружу в виде потока преисполненных трагизма реплик. Казалось, что во всех ее бедах была виновата одна лишь Эврика. Даже тот новомодный обещанный мамой гаджет, был не получен ей все по той же причине. Словом, финал был предрешен.
Эврика набрала в легкие воздух, приготовившись смести всех своей прощальной речью, но…
- Суд приходит к выводу о достаточности приведенных доказательств для принятия верного решения, итак…,- подвела черту «Месу».
- Что?! – проревела Эврика так, что Берту даже передернуло, - а как же мое последнее слово?!
- В этом нет необходимости – мы не услышим ничего нового, - отрезало око, - итак, Эврика Ригид приговаривается к стиранию. Приговор привести в исполнение немедленно, - прозвучал финальный, прогремевший словно гром в душе девочки, аккорд.
- Пропадите вы все пропадом тупоголовые кретины! – в отчаянии воскликнула Эврика и ее глаза застлала пелена слез.
- К порядку! – прозвучал ответ от дуэта, не чурающегося клубка змей на своих макушках.
Полученный от надзирателей электрический разряд заставил Эврику согнуться пополам.
- Заседание закрыто! – с едва уловимой нотой торжественности в электронной реплике произнесла «Месу».
Под аплодисменты собравшихся обвитая металлическими щупальцами осужденная была уведена роботами для исполнения приговора.



Глава 13. Приговор

Строй мыслей в голове девочки был разорван и не желал собираться воедино. Эврика пребывала словно в забытьи. Вся жизнь, тревоги, радости и надежды, воспоминания о папе и маме, об Эрике и бабушке сжались в единый комок и никак не могли предстать перед девочкой в виде единой картины.
Лишь прикосновение металла на руках напоминало ей о связи с настоящим.
Два летящих шара, очень похожих на те, которые не так давно штурмовали «скворечник», препровождали осужденную через полупустые коридоры здания к месту ее расставания с этим миром.
Если бы не стальные путы… озноб и дрожь, вызванные приближением к плахе, с силой набросились на Эврику, заставив позабыть о возможности бежать.
Конвой остановился перед дверью из черного стекла с белой надписью:
«Возродись и познай!».
- Лучше сотню раз умереть, чем один раз родиться здесь, - найдя в себе силы для ненависти, прошипела Эврика и плюнула в табло.
Так как никто не призывал к порядку, то роботы не отреагировали на столь дерзкую выходку осужденной.
Черное стекло отъехало вверх, явив небольшую, обставленную по периметру компьютерными серверами, комнату с железным стулом посередине.
Из-под полотка, прикрепленный к металлической балке, свисал черный, шлем, отдаленно напоминающий мотоциклетный.
От внезапно возникшего головокружения Эврика чуть не упала, но щупальца надзирателей не позволили жертве выбыть из бытия раньше положенного срока.
Девочка была насильно усажена на стул, после чего путы надзирателей сменились «ремнями безопасности» сидения. Попытка выбраться из новых оков не увенчалась успехом.
Через мгновение взор Эврики застлала темная пелена. Черный шлем был водружен на ее голову. После чего комната наполнилась жужжанием. Очевидно, электроника была приведена в действие.
«Ну, вот и всё» - девочку переполняло отчаяние.
Собрав все силы в кулак, она старалась вспомнить все самое хорошее, что случилось в ее жизни.
Перед ее взором возникли образы папы и мамы.
Она представляла, как подбегает к ним и заключает их в объятия возле дома в пригороде.
Эрик был тут же, сидя под сенью клена, он махал ей рукой.
И бабушка была здесь. Она качала головой и просила не унывать.
«Как это на нее похоже!»
Как жаль, что это все это были прощальные воспоминания.
Ее поместят в какую-нибудь лавку продавать телефоны, и она просуществует всю оставшуюся жизнь в виде бездушного мертвеца.
Если бы только можно было оставить воспоминания!
Мрачные мысли заставили слезы скатиться по бледным щекам.
Жужжание нарастало…
Еще секунда…и…
Оглушительный треск, сопровождающийся грохотом и скрежетом, сотряс помещение, через какое-то мгновение, сменившись полной тишиной.
«Опустошенность. Молчание. Неужели это и есть беспамятство? Но я ведь все помню…»
Шлем слетел с головы Эврики, явив взору полную разруху.
Компьютерные сервера были разбиты. Пол был усыпан частями микросхем и плат. Шарообразный робот охранник был сильно покорежен и не подавал признаков функционирования, а оторванные металлические щупальца валялись рядом с ним.
Что удивительно, второй шар был цел и невредим и взирал на окружающий хаос с завидным спокойствием (если только можно было подобным словом описать поведение электронного надзирателя).
«Галлюцинации после стирания?»
Сомнения развеялись после того, как робот протянул металлические щупальца к девочке, сложив их таким образом, словно предлагая присесть.
«А что еще мне остается?» - подытожила Эврика вопросом и запрыгнула в «стальную колыбель».
Робот несся по коридорам суда на всех парах, избегая людных мест. Девочка могла с уверенностью сказать, что он знает дорогу. Во всяком случае многочисленные разветвления пути не вызывали у устройства замешательства.
«Пожарный выход» - гласила надпись на двери.
«Чему тут гореть?» – подумала девочка,- «одни железяки кругом».
Что было знаменательно, как только Эврика в компании своего неизвестного спасителя покинула здание, судебное учреждение тут же разразила громогласная пожарная тревога.
Робот высадил девочку на заднем дворе здания суда и, с легкостью приподняв тяжелую крышку канализационного люка, предложил спутнице проследовать окольным путем.


Глава 14. Бункер

Сокрытый в землях пригорода подземный бункер сегодня послужил убежищем для людей, преследуемых правоохранительной системой «Солэса». Казалось, потаенное место, являющее собой техническую лабораторию, никак не могло оказаться в местности, принадлежащей природе. Однако именно здесь оно и находилось.
Оборудованный по последнему слову техники подземный бункер, в свое время принадлежал отцу Эврики, и являлся тайным местом проведения научных опытов.
- Но как такое возможно? – уплетая консервированную кукурузу из здешних запасов, воскликнула Эврика, - почему ты не сказала мне об этом?
- Я не хотела, чтобы твое мнение об отце изменилось, - промолвила миссис Ригид.
- Оно бы и не изменилось! Он ведь любил нас и это главное! – возразила она.
- Не отвлекайся на разговоры и кушай молча, а то подавишься, - назидательно произнесла бабушка, - я и не думала, что нам когда-либо придется возвращаться сюда… но этот проклятый город вынудил нас пойти на это. Все эти подземелья не по мне, знаешь ли.
- Когда эти железяки увели тебя, я признаться, даже не знала что и делать, - отправилась в повествование миссис Ригид, - одну я, к слову, так хорошо отходила палкой, что она больше не смогла летать. Так что потери понесли обе стороны. Так вот, после того, как эти чертовы штуковины увели тебя, я почти впала в отчаяние. Как вдруг Эрику пришло в голову попробовать починить ту железяку, которую я отправила в ремонт.
- Только вот инструментов у нас не было. Но тут я вспомнила про бункер твоего отца. О! Я знаю, твой отец был превосходным… как это у них называется…
- Программистом, - вставил Эрик.
- Вот именно, программистом. Говорят, он даже сделал какое-то открытие для «Чизис»…, - с презрением акцентировала она последнее слово, - короче твой отец был не так прост. В итоге мы отыскали убежище. Но вот тут начинается самое интересное…
- Я конечно в какой-то степени информирован, - промолвил Эрик, - но не настолько! Здесь самое новейшее профессиональное оборудование. Такое наверно, только в «Чизис» и можно отыскать. Увидев все это, я понял, что моих знаний не хватит, чтобы привести робота в чувство…
- Но как вы смогли запустить его, да и еще провернуть все это? – имея ввиду свое чудесное освобождение, промычала налегающая на съестные припасы, Эврика.
- Жуй молча, тебе говорят, - отрезала миссис Ригид.
- Одним словом моих знаний хватило только для того, чтобы включить всю эту систему и…, - произнес Эрик.
Эврика уже была готова нарушить обет безмолвия и поторопить своего друга.
- До нас достучался какой-то сотрудник «Чизис», находящийся в неволе, - подытожила бабушка.
Девочка спешно жевала пищу, дабы поскорее освободить рот для возможности высказаться.
- Да не торопись ты! – произнесла миссис Ригид, - мы долго думали, стоит ли отвечать на его сообщение, но потом все-таки решились.
- Я подумал, что если он сумел нам написать, значит знает, где находится бункер, а тот факт, что к нам никто не нагрянул, означает, что он не на стороне «Чизис», - рассудил мальчик.
- В этом мы смогли убедиться, когда он сумел дистанционно объяснить Эрику, как запрограммировать ту железяку, да еще и разработать план по твоему спасению.
- Но почему он нам помог? – наконец изрекла девочка.
- Во-первых, он сказал, что знает твоего отца. Во-вторых, он хочет, чтобы мы вызволили его, а в-третьих…, - начал было Эрик.
- Вызволили из «Чизис»? – удивленно промолвила Эврика.
- Именно оттуда, - заверила миссис Ригид.
- А что, в-третьих? - очень сомневаясь по поводу претворения этой идеи в жизнь, спросила девочка.
- А в-третьих, он хочет обнулить систему.
- Чего он хочет? – выкатила глаза Эврика.
- Уничтожить «Месу» и «Чизис», - без шуток выдал мальчик.
Бабушка подтвердила высказанную мысль кивком головы.
- Разве это возможно? – удивлению девочки не было предела.
- Как оказалось да, - мрачно произнесла миссис Ригид, - этот тип, мистер Дигир, очень смышленый малый. Я бы тоже не поверила…но твое освобождение заставило меня изменить мнение по этому поводу.
- Здесь конечно задачка будет посложней, - добавил Эрик, - мистер Дигир сказал, что потребуется наше непосредственное участие. Он свяжется с нами через несколько часов и обговорит детали…он сказал, что прорабатывал этот план очень давно и все должно пройти по задуманному.
- А если отказаться и уйти…, - удивившись сама себе, промолвила Эврика.
Миссис Ригид не поверила ушам своим.
- Он спас тебя, мы не можем просто так взять и уйти! - возразила бабушка, с непониманием уставившись на внучку.
- А он сказал, что будет после обнуления системы? – с недоверием произнесла девочка.
- Он сказал, что люди освободятся и жизнь наладится, - ответил Эрик, - меня, конечно, тоже немного смутил этот пункт, - но, во всяком случае, мы сможем обсудить это на месте, так сказать, с глазу на глаз.
- Если доберемся…, - выдала Эврика.
- Да! Ну и поработали они с тобой! – подвела итог миссис Ригид, очевидно, имея в виду судебную систему «Солэса».
- Конечно, доберемся. В любом случае, его нужно вызволить оттуда…
- Надеюсь, вы знаете, что делаете…, - вздохнула Эврика.









Глава 15. Мистер Дигир

Унылое серое утро встречало пробудившийся, а вернее будет сказать, запущенный подобно компьютеру, город Солэс. В металлическом потоке роботов и машин мелькали бледные, истощенные лица спешащих на работу сотрудников «Чизис».
Небоскреб, принадлежащий корпорации, чей огромный экран без продыху транслировал логотип компании в виде надкушенного куска сыра, все еще пытался реализовать свое амбициозное намерение – продырявить своим шпилем серое полотно неба.
Главный вход в здание корпорации, более походящий на пасть чудовища, был усеян камерами и находился под охраной шарообразных металлических надзирателей.
Первый этаж здания, представляющий собой огромную залу, спроектированную на манер проходной крупного банка, был забит роботами и самую малость – людьми, которые пытались протиснуться через «железный заслон» к турникетам.
Задачка была не из легких, в особенности учитывая, что на пропускном пункте необходимо было еще предъявить пропуск и пройти досмотр роботом охранником.
Все бы ничего, но процедура входа проходила так медленно, что многие новички попросту опаздывали на работу, что, конечно же, являлось грубым нарушением правил корпорации.
Те, кто проработал в компании уже давно, безусловно, не допускали подобной оплошности, и дежурили у входа с раннего утра, дабы проскочить до образования «затора».
Сегодняшнее утро абсолютно точно пресекло всякую возможность для молодых сотрудников успеть на работу вовремя, о чем свидетельствовала прорвавшаяся сквозь шквал голосов сирена.
- Всем сохранять спокойствие, - оповестил из толпы неживым электронным голосом робот охранник.
Впрочем, особых призывов «не паниковать», во всяком случае, адресованных людям, не потребовалось. Те, продолжили пробираться к турникетам, словно ничего и не произошло.
То тут, то там послышались электронные голоса.
- «Возможно учебная тревога».
- «Пожар исключен».
- «Сбой системы?».
- «Невозможно. Система исправна».
В связи с производственной необходимостью вход в основной корпус был временно приостановлен, о чем свидетельствовал образованный возле турникета кордон из роботов-дежурных.
Из всей толпы только один робот повел себя странно, невзирая на запрет, устремившись прямиком к проходной.
Электронный курьер, чье основание представляло собой платформу на четырех колесах, а торс – большой стальной короб, целеустремленно двигался по направлению к турникетам.
Данный маневр не ушел от внимания робота охранника, очень похожего на того, который не так давно был сшиблен лошадьми у моста.
Не доходя до заслона, передвигающийся на шасси надзиратель, нагнал потенциального нарушителя.
- Цель вашего следования?
- Дос-тав-г-г-р-р, - прошипело в ответ.
- Запрет на вход.
- Важная достав-гр-пшшш...,- вновь донеслось из динамиков.
Робот надзиратель произвел сканирование.
- Обнаружена поломка. Важная доставка. Запрет. Исключение. Протокол входа, - последовал ответ, и охранник повел курьера за собой через турникет, не вызвав вопросов у дежурных на кордоне.
С огромной скоростью грузовой лифт, вполне способный вместить пол сотни человек, доставил парочку механизмов на 33 этаж.
«Корпус особых разработок» гласила надпись на тускло освещаемых титановых вратах.
Непонятно, что могло привести эту парочку в подобное место. Но одно можно было сказать наверняка – здесь им навряд ли стоило ждать свободного прохода.
Врата имели два электронных замка, расположенных в разных концах холла и кроме того находились под прицелом камер наблюдения.
Как ни странно, данные обстоятельства не сильно обеспокоили роботов.
Словно в ожидании, они стояли в начале комнаты, уставившись на титановые врата.
Резкий перебой электричества на секунду погрузил помещение во тьму, после чего, сработало аварийное освещение.
Для роботов данное явление послужило сигналом к действию. Они, как по команде, устремились в разные концы комнаты и, достигнув электронных замков, синхронно подключились к устройствам небольшими выдвижными штекерами.
Несмотря на то, что аварийного освещения было вполне достаточно, дабы камеры видеонаблюдения смогли зафиксировать попытку проникновения, никакой тревоги не последовало.
Медленно, при этом издавая легкий скрежет, створки титановых врат начали отъезжать в стороны, являя роботам полутемный, залитый красноватым светом аварийного освещения, коридор.
Тянущийся черной змеей тоннель, изнутри был усеян металлическими дверьми с номерными, мерцающими синим свечением, табло.
Достаточно углубившись в чрево змея, роботы остановились возле двери с номером 2060.
В тот же миг крышки на металлических корпусах роботов откинулись вверх, и из нутра устройств показались Эврика и Эрик.
- Это что же, получается, любой сотрудник с этого этажа может вот так запросто попасть в любую из этих дверей? – спросил мальчик, - тогда почему мистер Дигир сказал, что именно ты должна сделать это?
Эврика лишь пожала плечами и, достав из кармана иголку, проколола себе палец, после чего приложила окровавленный кончик к расположенному на двери индикатору.
Табло мигнуло зеленым светом, и дверь отъехала в сторону.
Посреди технической лаборатории, одетый поверх повседневной одежды в белый рабочий халат, стоял мистер Дигир.
У Эврики перехватило дыхание. Она не могла поверить своим глазам. Перед ней предстал ее отец.






Глава 16. Здравствуй папа

В момент встречи Эврика испугалась, не случилось ли с папой тоже, что и с мамой. К великому для девочки счастью – отец узнал ее.
Дочь долго не могла выпустить папу из крепких объятий.
Тем не менее, мистер Ригид, осторожно, дабы не обидеть свое дитя, покинул «теплое пристанище», и перешел к делу:
- Спасибо тебе Эрик, за помощь.
- А ты Эврика, прости меня. Я очень долго ждал нашей встречи, но, увы, сейчас у нас нет времени…система видеонаблюдения вскоре восстановиться и наше проникновение окажется обнаруженным.
Искорка родительского тепла в глазах мистера Ригида сменилась суровым и решительным пламенем, так свойственным их семейству.
- Но почему ты сразу не сказал нам, кто ты? – вопросила Эврика.
- Иначе бы вы наверняка наделали глупостей,- серьезно ответил он, - итак, наша цель - «Месу». Система управляет всеми сферами жизнедеятельности «Солэса» и подчинила себе весь человеческий ресурс города. Таким образом, ее ликвидация приведет к отключению электронных систем и освобождению жителей из-под ее власти.
- Я думал, система подчиняется сотрудникам «Чизис», - произнес Эрик.
- До определенного времени так оно и было…, - мрачно промолвил мистер Ригид, - но в какой-то момент мы потеряли контроль над ситуацией.
- Но как мы сможем отключить систему? - задала вопрос Эврика.
- Нам всего лишь нужно добраться до главного сервера системы, который расположен на 66 этаже, и запустить вот это, - мистер Ригид достал из кармана небольшой съемный носитель информации, - вирус, который приведет к уничтожению зла, поработившего нас.
- Разве система не находится под защитой? – произнес Эрик.
- Конечно, находится, но выпустив меня на свободу – вы сняли эту защиту, - в глазах мистера Ригида блеснул огонек азарта, - вы принесли мой планшет?
- Превосходно! – ответил он и, забрав устройство из рук Эрика, погрузился в работу.
По прошествии некоторого времени, мистер Ригид оторвался от экрана планшета. После чего окинув всех ободряющим взором, произнес, - все готово, теперь в путь!

* * *

Аварийное освещение все еще обволакивало алым светом полутемные коридоры корпуса особых разработок корпорации «Чизис».
Перед глазами трио проплывали огни, мерцающих синим свечением, табло.
- А что за странная система с открытием двери с помощью крови? – задала висевший у нее на языке вопрос Эврика.
- Это один из самых хитроумных замыслов «Месу», - вздохнул мистер Ригид, - только сами заключенные смогут освободить себя из заточения. Я всегда подозревал, что у этой машины имеется чувство юмора, но чтобы так…
- Перед помещением в тюрьму у нас делали забор крови… эдакий запасной ключ… но где находится хранилище мне до сих пор установить не удалось…
- Самые лучшие умы корпорации оказались в ловушке и были вынуждены продолжать выполнять исследования…
- Я предположил, что сходство молекул ДНК, содержащееся в крови близких родственников, поможет открыть дверь…так оно и произошло.
С огромной скоростью грузовой лифт доставил вероломное трио на 66 этаж.
Заключенные в титановые трубы провода, множеством змей тянулись от лифта по стенам помещения и, проникнув сквозь темный бронированный заслон центрального входа, уходили дальше, дабы подпитать «Месу» энергией.
Стоило мятежникам покинуть пределы лифта, как здание корпорации разразила сирена. В тот же миг дверь лифта мгновенно захлопнулась за их спинами, а кабина отправилась вниз.
- Вовремя мы! – воскликнул мистер Ригид и воспользовался своим планшетным компьютером.
Вдруг, несколько металлических пластин на потолке отъехали в стороны, а из промежутков показались шарообразные роботы, оснащенные щупальцами. Через секунду из отверстий с задней стороны шаров выдвинулись стальные стержни, которые, подобно цветку, раскрылись, приняв форму пропеллеров.
В один миг Эврику и Эрика посетило сильное желание покинуть это место и поскорее. Только вот пути к отступлению были отрезаны.
- А! Это свои! – не отрываясь от планшета, перекричал сирену мистер Ригид.
Дети облегченно вздохнули.
- Предстоит бой? – указывая на бронированные врата, произнес Эрик в промежутке между завываниями тревоги.
- Да! Только неприятности ждут нас с другой стороны! – ответил мистер Ригид, кивнув головой сторону лифта.
Судя по звуку, лифтовая кабина возвращалась обратно, и если судить по доносившемуся из нее скрежету, была не пуста.
- Держитесь ближе ко входу!
Дети спешно пересекли помещение. А роботы, находящиеся под контролем мистера Ригида, спланировали вниз, заняв позицию возле лифта.
Отец Эврики, невзирая на приближение врага, углубился в раскодирование охранного замка, коим были оснащены врата обители «Месу».
Детям только и оставалось что наблюдать, как распахивается дверь лифта.
Из кабины на волю вырвалась разномастная компания электронных устройств, задачей которых являлось восстановление порядка и возложение кары на нарушителей.
Первым в атаку ринулись роботы, внешне очень походящие на пауков. Быстро перебирая по полу стальными лапами, устройства достигли линии обороны и пустили вход металлические жвалы, заряженные электричеством.
Ловко ухватившись щупальцами за орудия пауков, шарообразные защитники, невзирая на электрическое воздействие, отрывали их, после чего принимались за лапы нападавших.
Несколько многоногих роботов взяли прицел на людей и, перебравшись на потолок, решили преодолеть заслон.
Мастерски запрограммированные роботы своевременно отреагировали на маневр пауков. Взлетев вверх при помощи пропеллеров, шарообразные устройства скинули нападавших с потолка прямиком на их соратников, изрядно помешав наступлению.
Следом за пауками, последовали механизмы, сильно напоминающие медведей. Стальные четвероногие роботы, подобно тарану, устремились на врага.
Менее крупные габариты защитников не сильно помогали в борьбе со столь мощным противником. Металлические щупальца роботов гнулись от ударов медведей и никак не могли остановить яростный напор врага.
- Папа, у нас проблемы! – воскликнула девочка.
Отец как будто находился в трансе и упрямо возился с замком, оставив реплику дочери без ответа.
Ряды обороны безжалостно сминалась, а следом за медведями двигались оснащенные гусеницами человекоподобные многорукие роботы, вооруженные различным вооружением, начиная от клешней, заканчивая дулом огнестрельного или лазерного оружия.
Сквозь вой сирены и шум сражения донесся звук открывающихся врат. Бронированный заслон центрального входа, ведущего к серверу «Месу», неспешно стал подниматься вверх.
Последний робот защитник, попытавшийся отвлечь противника полетным маневрированием, оказался сбит точным выстрелом лазера.
Не теряя ни секунды, трио нырнуло в образовавшуюся прореху. Одним касанием экрана на планшете отец Эврики заставил столь долго неподдающиеся взлому врата мгновенно опуститься вниз.
Позади мятежников раздался шквал выстрелов и ударов, неспособных причинить ни малейшего вреда дверной броне.
Трио оказалось в обители «Месу».

Глава 17. Прощай папа

Объемное, слабо освещаемое неприятным белым светом, помещение представляло собой огромную серверную комнату, сплошь заставленную информационными блоками и компьютерами. По полу и стенам помещения тянулись вереницы выходящих из титановых труб проводов, держащих свой извилистый путь прямиком к «Месу».
Повсюду, словно в улье, доносилось жужжание работающей аппаратуры.
Эрику и Эврике было очень не по себе в этом месте. А по лику мистера Ригида можно было сказать, что он явно пребывал не в своей тарелке.
В конце помещения, посередине на стене, висел огромный выключенный монитор.
- И что теперь? – тихонько спросила Эврика.
- Возьми вот это, - протянул он дочери небольшой кожаный футляр.
- Что в нем?
- Когда я скажу, ты откроешь его. Ну, а теперь пора покончить с этим, - твердо произнес мистер Ригид, и направился прямиком к монитору, под которым располагался центральный, вмонтированный в стену, компьютер.
В один миг, на пустом, затянутом тьмой экране, появилось изображение.
Серое око «Месу» внимательно смотрело на мистера Ригида.
Отец Эврики остановился лишь на секунду, после чего ускорил шаг
- Здравствуй создатель! – прокатился по комнате неживой электронный голос системы.
- Что?! – в унисон воскликнули дети.
Стиснув зубы, мистер Ригид непреклонно следовал своим путем.
- Папа! – окликнула отца ошеломленная Эврика, - ты создал это?! – с нажимом на последнее слово, промолвила она.
Несмотря на то, что Мистер Ригид очень хотел поскорее покончить со всем этим, болезненная нотка в голосе дочери заставила его остановиться.
- О-о-о! – протянула система, - если создатель скрыл от Вас такой пустяк, то уж точно он бы не стал распространяться о еще одной вещи!
- Секунда слабости тотчас же растворилась в отце Эврики и он быстрыми шагами сократил расстояние до сервера.
- Какой вещи?! – воскликнула девочка, - немедленно остановись! Я хочу знать!
Достав флешку с вирусом, мистер Ригид остановился возле центрального компьютера под экраном и, выпустив на волю глубокий вздох, произнес, - ничего уже нельзя изменить. Это единственный выход.
- О чем ты?!
- После обнуления системы произойдет отключение всей электроники в Солэсе…, - промолвил отец Эврики.
- Только ли это? – с донельзя очеловеченной интонацией прозвучал голос «Месу».
- Заткнись! – рявкнул мистер Ригид, стукнув кулаком по краю экрана.
- Что еще папа? – потребовала Эврика.
Мистер Ригид ответил не сразу.
- После отключения системы произойдет выброс токсинов, что приведет к ликвидации жизни в пределах города, - озвучил приговор отец.
Дети вздрогнули, словно от раздавшегося вблизи удара грома.
- Этого нельзя делать! Там живые люди! Сперва надо вывести их отсюда! – прокричала девочка и, сверкнув огнями зеленых глаз, направилась к отцу.
- Мистер Ригид ведь знает что делать? Не так ли? – вновь вещала система.
- Тебе, кажется, сказали заткнуться! – на бегу прорычала девочка.
Мистер Ригид, не проронив ни слова, провел рукой по экрану планшета и, выехавший из потолочного покрытия прозрачный заслон, полностью отгородил его от детей.
- Что ты делаешь?! Лжец! – гневно воскликнула она, забарабанив кулаками по стене.
- Я делаю то, что должен был сделать еще давно, – процедил отец, - все эти люди, черт возьми…, - развел он руками в пространстве, - да даже если им завтра скажут, что сюда приближается метеорит, они все равно будут ежедневно прислуживать этому чудовищу, и ни за что не покинут этот проклятый город!
- Но это твое чудовище! Твое! – прокричала девочка.
- Да, мое, - огонь ненависти в глазах мистера Ригида затушила нахлынувшая волна вины и сожаления.
- И этот монстр убил твою маму…монстр, которого создал я… я не смог сдержать его…он… нет… я причинил всем нам зло…
- И после этого ты готов уничтожить Солэс? Всех людей? Женщин и детей? – смотря сквозь прозрачный заслон прямо в глаза отцу, промолвила Эврика.
Отец долго не сводил взора с наполненного надеждой лика дочери. Казалось еще секунда, и заслон отъедет вверх. Глубоко вздохнув, он произнес полушепотом, - да, ты права… прости меня…но…я готов…, - и воткнул флешку с вирусом в центральный сервер системы.
- Остановите же его! Немедленно! – заверещала «Месу», а голос ее постепенно стал утрачивать силу.
Эрик, стоя в стороне, наблюдал за безуспешными попытками Эврики преодолеть барьер.
Выкрикивая всевозможные проклятия, девочка дубасила кулаками о стену так, что разбила костяшки в кровь.
Око «Месу» закрылось навсегда, и экран потух.
Серверная комната погрузилась во тьму, а за спиной послышался звук открывающихся врат.
Через секунду, тишину нарушил оглушительный, сотрясший здание корпорации, взрыв.
Какое-то время ничего не происходило.
Вдруг, небольшой участок помещения озарил свет карманного фонарика.
Эрик навел луч на девочку.
Рядом с Эврикой, отделенный заслоном, стоял мистер Ригид.
- Что ты наделал…- шептала она, - зачем…
- Эврика, девочка моя…я должен был…
- Замолчи, я не хочу тебя слушать…ты убийца… предатель, - тяжело дыша, готовая вот-вот разрыдаться, промолвила она, закрыв лицо руками.
- Прости меня…и ты прости Эрик, что впутал тебя во все это…
- Мы погибнем? – произнес мальчик.
- Двое из нас – да, - промолвил мистер Ригид, - Эврика, выслушай меня внимательно, у нас очень мало времени. Газ вот-вот проникнет сюда. Тот футляр, который я дал тебе. В нем противоядие. Одна доза. Для тебя…
Эврика отняла руки от лица и, долго смотрела в лицо отцу.
Сверкнувшие в глазах дочери молнии мигом развеяли надежды отца.
- Вот уж нет! Черта с два! – и вынув из футляра шприц с зеленоватой жидкостью, она протянула его Эрику.
- Я сказала, бери! – рявкнула она на пребывающего в растерянности, друга.
- Что ты делаешь? – изумился отец.
- Оно мое! Ты сам сказал! И мне решать, кому оно достанется!
- Прошу тебя Эврика, подумай… - умоляющим голосом произнес отец.
- Или оно достанется Эрику или некому, - выпалила девочка, и замахнулась, чтобы швырнуть колбу об стену.
- Я возьму…, - тут же ответил мальчик и, приняв шприц, обнял подругу, оставив на ее щеке поцелуй.
Лицо отца озарила печать скорби.
В тот же миг, не ожидавшая от своего друга подобной выходки, Эврика почувствовала на своей руке укол. Словно ошпаренная она отскочила в сторону, с силой оттолкнув мальчика от себя.
Эрик стоял с пустым шприцом в руках.
- Идиот! Дурак! Придурок чертов! – кричала она, заливаясь слезами.
Отец, бросив одобрительный взгляд на Эрика, с печалью взглянул на дочь.
Девочка выкрикивала всевозможные ругательства, чуть не сорвав связки, и упала на колени.
Эрик присел рядом и обнял ее. Эврика не отстранилась и лишь с горечью посмотрела на него. Мальчик зашептал ей на ухо, - ты уже спасла меня. Позволила увидеть мир и полюбить. Полюбить тебя. Я умру человеком. Спасибо тебе…
У девочки больше не оставалось сил на слезы. Но душевное страдание переполнило ее нутро, отчего в груди растеклись потоки спазмов.
- Я прощаю тебя папа, - промолвила Эврика, обернувшись к отцу.
Темно-синий газ начал просачиваться в помещение.
Мистер Ригид не мог долго сопротивляться ядовитым испарениям, в конце концов, закашлялся и упал.
Не в силах смотреть на умирающего отца, девочка отвернулась и скрыла лицо в ладонях.
Газ заполнил нутро серверной комнаты. Эврика боялась открыть глаза. Луч света все также был устремлен на нее. Вот сейчас фонарик упадет и все… я останусь одна…
Она с опаской убрала руки. Удивлению Эврики не было предела. Сквозь облако газа был виден силуэт мальчика. Эврик стоял перед ней.
- Ты жив…, - прошептала она.
- Я не могу объяснить…,- в глазах мальчика витало не меньше удивления, чем во взоре Эврики.
- Нужно выбираться отсюда, - произнес он, после длительной паузы, сам не до конца веря в происходящее.
Вдруг девочку посетила искра надежды. Сейчас она обернется назад, и папа окажется перед ней живой и здоровый. Они найдут способ убрать заслон и все вместе вернутся домой.
Предупредив тяжелый для нее удар, мальчик подбежал к Эврике и, не дав ей обернуться, взял ее за плечи, прошептав, - нужно уходить.
Град новых слез в память о погибшем папе омыл лик девочки. Оперившись о плечо друга, дрожа всем телом, она последовала вместе с ним к выходу, а лампочка на ее футболке тускло мигала, с трудом пробиваясь сквозь ядовитую пелену.


Глава 18. Прощай Солэс


Солэс. Город мертвых и кладбище техники. Без души и надежды на возрождение. А был ли когда-то этот город живым? Что изменилось в каменных джунглях после исчезновения людей, слабо отличимых от запрограммированных машин.
Тут и там через клубы испарений на улице мелькали силуэты обесточенных роботов и людских тел. Замерший гигант «Чизис» более не пытался тянуться ввысь, погрузившись в вековечный сон. Логотип в виде надкушенного куска сыра более не появлялся на экране корпорации, так и оставшись не съеденным.
Передвигаясь в сопровождении друга по мертвым улицам Солэса, Эврика думала об отце, но не как о создателе «Месу», и не как об уничтожители города, а как о любящем папе. Рядом с отцом в сознании девочки возникал образ матери. Живой. Не той бездушной оболочки из лавки, а о любящей маме, которая читала ей сказки под мудрым кленом на холме.
«Они, наконец, нашли покой» - пронеслось у нее в голове, и она с трудом набралась сил, чтобы не расплакаться.
Вскоре мысли девочки переключились на Эрика, остановившись на его чудесном спасении. Сосредоточенный лик мальчика, устремленный сквозь пелену тумана, вдаль, не мог дать девочки ответа на вопрос.
Эрик также не мог объяснить своего чудесного спасения. Он долго перебирал в голове возможные варианты, которые могли бы истолковать произошедшее с ним. Однако ничего подходящего не обнаружилось.
Вдруг, в мыслях мальчика предстал образ матери и отца. Они были окружены мириадами звезд и планет, как бы паря в космосе меж них, сливались со вселенной воедино.
«Запрос обработан» - подвел итог своим измышлениям Эрик.
Вскоре дети добрались до моста, ведущего в пригород. Близ переправы туман слабел, и уступал место открытому пространству.
По ту сторону моста, в запряженной парой лошадей повозке сидела миссис Ригид.
- Ох! – воскликнула бабушка, - как же я рада вас видеть! Я уж хотела было поехать за вами.
- И мы рады тебя видеть, бабушка, - устало промолвила Эврика.
- А где же мистер Дигир?
- Папы больше нет…, - последовал ответ.
Дорога до скворечника сопровождалась нелегким для Эврики пересказом событий.
Понимая, как девочке тяжело вновь переживать случившееся, бабушка не задавала вопросов, лишь внимая рассказу внучки.
- Не думала, что мне придется прощаться с Джонатаном дважды…, - выпустив тяжелый вздох, подытожила миссис Ригид.

Эпилог

После крушения «Месу» и погружения Солэса в руины, жизнь в скворечнике постепенно вошла в прежнее русло. Длительная работа по восстановлению дома после нападения роботов благотворно сказалась на заживлении душевных ран Эврика и Эрики.
Рука об руку они латали крышу и чинили крыльцо. Вскоре возле дома появилась пристройка для хранения инструментов, дров и зерна.
Миссис Ригид по мере сил помогала детям справляться с работой и стряпала еду.
Внешний облик дома преображался, словно скворечник оправился после серьезной болезни. Дорожка, тянущаяся от крыльца к ограде, была огранена цветами. А рядом с домом на ветру покачивались деревянные качели, готовые принести радость детям.
Раз в неделю, дабы повидать своих родных, обитатели скворечника поднимались на холм, где раскинул свои ветви многолетний клен.
Неподалеку от мудрого древа, окруженные невысокой деревянной оградой, расположились три надгробия, рядом с которыми всегда лежали цветы.
После свидания с родными дети всегда пребывали в задумчивости, но миссис Ригид умело выводила детей из уныния, вспоминая счастливые моменты из прошлого.
Лампочка Эврики с каждым днем сияла все сильнее, подпитываемая любовью близких.
Принц и принцесса из книги сказок только и могли, что позавидовать любви Эрика и Эврики, проросшей сквозь толщею выпавших на них испытаний.
Перед сном Эрик часто вспоминал колыбельную отца, которую спела мама в день их расставания. Голоса родителей, слившись воедино, звучали в сознании Эрика, погружая его в тихий и спокойный сон.
Спи мой малыш, скорей засыпай,
Рядом я буду с тобой.
Добрые сны, приятные сны,
Увидишь ты пред собой.
Речка и солнце пусть снятся тебе,
И свежескошенный луг.
Знай ты одно – я рядом с тобой,
И не впущу я беду.
На облаке мягком ты пролетишь,
Взглянув на мир свысока.
В ответ улыбнутся и речка и луг,
Помашу рукой тебя я.
Спи мой малыш, скорей засыпай,
Рядом я буду с тобой.
Добрые сны, приятные сны,
Увидишь ты пред собой.






* * *

Коридоры хирургического отдела клиники Солэса, словно корни единого древа, расходились в разные стороны от кабинета главного врача. Тут и там по корням дерева сновали белые хаты, перемещаясь из кабинета в кабинет, курсировали по артериям клиники.
Возле кабинета хирургического отдела, молодая семейная пара ожидала доктора.
Лик супругов был омрачен, однако частичка веры и надежды не покидала их.
Дверь кабинета распахнулась, и в дверях появился врач отделения.
- Мистер и миссис Хьюми, - начал он, кашлянув,- у Эрика обширная опухоль, поразившая оба легких.
Несмотря на то, что родители годовалого малыша были в глубине души готовы к подобному приговору, Элизабет охнула и прижалась к мужу.
- Единственный возможный вариант в сложившейся ситуации, - продолжал врач, - без промедления сделать пересадку.
- В нашем распоряжении имеются искусственные легкие, новейшая разработка «Чизис» - «ОСО-2». Однако, данный имплантат не дешевый, - извиняющимся тоном произнес врач, словно именно он являлся разработчиком и продавцом данного устройства, - вот расценки,- протянул он прейскурант.
- Но как же, мы соберем столько! – зарыдала миссис Хьюми, взглянув на цены.
Врач лишь пожал плечами, дескать – «ни вы первые, ни вы последние».
Долго вглядываясь в убийственную по всем меркам цену, и прикидывая, за сколько можно продать все нажитое ими имущество, мистер Хьюми произнес, - как скоро можно начать пересадку?






Рубрика произведения: Проза -> Фантастика
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 30
Опубликовано: 07.09.2016 в 13:23
© Copyright: Андрей Удовиченко
Просмотреть профиль автора






1