Мир духов (книга 1). Глава 22: Проводы.


p { margin-bottom: 0.25cm; line-height: 120%; } Люба совершенно не помнила, как она пришла в дом к бабушке, как разделась и забралась на печь. Проснувшись рано утром, на столе она, увидела стакан молока, и пирог. Рядом в глубокой тарелке, плавала белая кувшинка. Люба села, смотря на цветок. Дотронулась пальцами, до зелёного плоского листа, тот заколыхался по воде.
- Проснулась деточка. Замучил вчера видать батюшка вас. Привёл тебя измученную, я спрашиваю, чаволь случилось – то, грязная, чумазая, лица не узнать. А батюшка-то и говорит, да вот ходили на реку, редкие цветы собирали на зиму лечить жителей. Сказал, что цветы те ночью собирать нужно, примета такая. Ну, ты кушай, кушай что сидишь, как воды в рот набрала. А сегодня деточка у нас праздник, вечером, все жители столы вытащат, стулья вынесут, разожгут костёр на всю деревню, будем, есть, пить. День Святой Троицы, нынче. Так что ещё ночку у нас побудите и домой поедите.
Люба вышла из домика, прошла мимо церкви, на разрушенных грядках уже работали две женщины. Девушка, прошла дальше, сквозь, лес, вышла на маленькую поляну, села на берегу реки. Нельзя было сказать, была ли здесь вчера битва. От тела мёртвого духа, отец Никифор уже избавился. Единственное, что напоминало о вчерашнем бое, это небольшой участок около реки заросший чертополохом, и плавающие в реке белые кувшинки. Люба достала из сумки, взятые у бабушки альбомные листы и карандаши, как говорила сама бабушка, у неё этого добра много, внучата же летом приезжают. На листе вырисовывался лес, перед ним простирается фиолетовое поле, девушка сознательно позволила расцвести чертополоху в начале июня. Вдоль поляны протекает река, из воды выглядывает силуэт мужчины, он улыбается своей нежной улыбкой, его лицо живое и спокойное, он лежит полностью погружённый в воду. Его руки касаются дна, а сверху по водной глади расплылись белоснежные кувшинки. Люба вздрогнула, не заметив, как к ней подошёл Володя, и с интересом заглядывает через плечо.
- Красиво. Мне нравится. Ты как? Хочешь поговорить? – спросил он.
Девушка посмотрела вдаль, куда-то в сторону верхушек деревьев, задумалась:
- Да. Нет. Хм, всё хорошо. Но мне грустно. Мне он нравился. Все беды от меня, ты голову разбил, защищая. Водяной дух вовсе умер. Я понимаю, что он исполнил свою волю, получив взамен освобождение души, но он мог бы жить, не вмешиваясь.
- Ты грустишь, за его добровольный выбор? Он знал, что делает. Я бесконечно ему благодарен, он сделал то, что не получилось у меня, спасти тебя, - произнёс Владимир, уткнувшись Любе в плечо.
- У меня такое ощущение, что мы уже месяц гоняемся за мертвецами, и это ещё не конец.
- Конечно, нет. Будут ещё приключения. Зато смотри, какая у нас насыщенная жизнь, до общения с вами, у меня такого не было. А сейчас каждый день приходится гадать, выживу, не выживу, сломаю себе какую-нибудь кость или просто вывихну запястье. Веселье!
- Какой же ты оптимист, - вымученно улыбнувшись, сказала Люба. - Володь, не хочу, ни кого видеть, побудь здесь со мной до вечера?
Молодой человек кивнул, крепче обнимая девушку. Люба продолжила рисовать. Они так и просидели, до захода солнца. Когда солнце опустилось за край поляны, небо окрасилось, в приятный для Любы цвет, нежно розовый. Последние отблески нисходящих лучей, скрылись за горизонтом, напоследок выпуская солнечных зайчиков по воде. После захода быстро налетел рой комаров, промаявшись с их организованной компанией, ребята пошли в деревню. Там уже разложили столы, мужчины перетаскивали мебель, женщины готовили еду, раскладывали посуду. Приезжая из деревень детвора, играла в игры, пыталась лазать под столами и всячески мешалась взрослым. Люба увидела на лестнице церкви, сидящего Витю. Она, взяв за руку Вову, пошла к нему, молча села на ступень ниже, и посмотрела в лицо Вити. Тот улыбался, так редко можно было видеть его улыбающимся, счастливым. Неволей Люба заулыбалась в ответ.
- Что будет дальше? – спросила она.
- Вернёмся в город, кстати, поезд поедет в семь утра, выйдем сразу после праздника, отоспимся в дороге. Как же это хорошо, больше не видеть и не слышать разговоры и действия нежити. Такой покой, тишина. Я уже стал забывать, что так бывает, - тихо проговорил Витя, устало закрывая глаза.
- Пешая прогулка полезна, да и Евдокия Арсеньевна, надеюсь, если что нас выведет, - сказал Владимир.
Любя, понуро отвернулась, смотря, как народ готовится к празднику. Вот было бы здорово, если и в городе, люди вот так собирались, отмечали праздники, разговаривали друг с другом. Тут же, как то могут дружить целой, хоть и маленькой деревней. Из раздумий вывел отец Никифор. Он стоял на лестницы, за его спиной были отворены двери церкви. Уперев руки в бока, он строго смотрел на ребят.
- Ну, что же вы все молодцы. Дух был силён. Но вы справились. Витя, я уже говорил тебе, ты можешь со временем, если победишь в себе гордыню и разовьёшь человеколюбие, стать сносным заклинателем, но со временем. Владимир – развивайся дальше, ты, верно, выбрал свой путь. Люба – поступай правильно, от этого зависит жизнь твоей души, хотел бы я сказать тебе, не общаться с нежитью, но ты и они тянетесь, друг к другу, как магнит, ты их приманиваешь. Ты всецело поглощена этими существами, и они отвечают тебе тем же, преданная дружба, любовь, ненависть, на что способна нежить приходит к тебе стократ. Будь с ними осторожна и внимательна, - сказал отец Никифор. – И самое главное, надеюсь, я вас больше не увижу в своей деревне.
Вечером вся деревня собралась за праздничным столом. Блюда все были простые, всё то, что есть в погребах и в кухнях: пироги, блины, компоты из замороженных ягод, привезенные с города крупы, картофель. Люба смотрела, как радуются люди, не зная, что вчера, если бы они не убили нежить, всю деревню лишили бы жизни. Девушка с добрым сердцем смотрела на старушку, у которой ночевала. Бабушка счастливая и довольная, сидела за столом рядом. Она хрипатым старушечьим голосом, громко сказала мужчинам играть весёлые песни. Взрослые мужчины, в основном те, кто стали уже дедами, взяли баяны и принялись играть. Женщины тут же подхватили музыку песней. Девушка закрыла глаза, вслушиваясь в текст. Песня была не знакома, пелась медленно, и очень певуче. До её руки дотронулись, она открыла глаза, посмотрела, на Володю:
- Пошли, танцевать? – Люба удивленно посмотрела вокруг и действительно те, кто не пел и не играл, вышли из-за столов и задорно танцевали, тем более что песня сменилась на бодрую и бойкую мелодию. Один мужчина уже отплясывал вприсядку, и от души насвистывал мотивчик.
- Что ты! Я не умею, - отрицательно мотая головой, сказала Люба.
- Доченька, мы уже пьяные, какая разница. Праздник же, - сказала старушка.
Люба посмотрела на Володю, нехотя поднялась, и, позволила ему вести в танце. Танцем в прочем, это было назвать сложно. Так, потоптались на месте. Танцевали, к счастью, не долго. Скоро их увлекли в хоровод местные детишки. Было весело. Праздник ещё не был закончен, а молодые люди уже уходили из деревни, нагруженные сумками, в которые добрые селяне натолкали маринадов, оставшихся с зимы; пирогов, и банок с домашним вареньем. Отец Никифор, проводил молодых людей до окраины маленькой деревушки Лесистой. Пожал им руки, крепко обнял Любу. Обменявшись пожеланиями крепкого здоровья, и благополучия, друзья ушли в ночной лес. Это было не похоже на то, как молодые люди шли в прошлый раз, уставшие, измотанные. Сейчас они были счастливы, окрыленные, успехом и своими силами. Первый час они шли, крича на весь пустынный лес песни, потом успокоившись, шли в тишине. Наслаждаясь весенней прохладой, ощущая предрассветный бодрящий туман на своей коже. Люба шла позади всех, слушая лесные песни, и собственные удары сердца. Внезапно краем взора она увидела, как, что-то быстро метнулось сквозь деревья. Девушка резко остановилась всматриваясь. Размытое пятно, снова пронеслось, и как вкопанное застыло в пару метрах от неё, это была Евдокия Арсеньевна, которая весело улыбаясь, помахала рукой и снова скрылась за деревьями. Люба хотела было сказать ребятам, но передумала. Так и шла, загадочно улыбаясь до самой станции.
Они приехали в город. Когда друзья высадились на вокзале, был уже день. Люба совершенно отчётливо ощущала в сердце, сильную любовь к своему городу, дому, ощутила тоску по подруге и Зазе. Родная квартира. В комнате горит ночник, на столе глубокая миска, в которой плавает кувшинка. Всю дорогу девушка держала тарелку в руках, не выпуская, боясь разбить или разлить воды. Люба пока, что не знала, но эта кувшинка простоит у неё ещё очень много лет, десятилетий, не завянет и даже не потеряет свой цвет. Нежный, белый цветок, будет радовать, и напоминать ей о её добром друге, всю её жизнь. Как талисман приносить счастье в её сердце.
Девушка наскоро привела себя в порядок, и легла спать. Люба не могла ощутить, как некто незримый в её квартире, открыл глаза, взобрался на кровать, подошёл к хозяйке, внимательно всматриваясь в её исхудалое лицо, своей маленькой ладошкой провёл над её закрытыми веками, прогоняя тревожные сны.



Рубрика произведения: Проза -> Фэнтези
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 29
Опубликовано: 06.09.2016 в 01:24
© Copyright: Антонина Лаврова
Просмотреть профиль автора






1