Прощай невинность.


Прощай невинность.

Люблю ночные города. Свет фонарей то яркий, то приглушённый обещает, исполнение желаний и дарит предвкушение, что сбудутся мечты. Некоторые места нравятся особенно. Мне нравилось кафе Домино, хотя оно располагалось на центральной улице Донецка, но вокруг него было довольно много свободного пространства, оно отстояло от дороги дальше, чем другие здания, уходило в аллею из старых деревьев, а передним была большая площадка с фонарями по периметру. Оно представляло собой небольшой очаровательный домик, из которого лилась приятная музыка.

Зайти поесть туда, мне было не по карману, а просто попить чай, как я иногда делала в других кафе, с расчётом, что я за время, пока пью чай, познакомлюсь с кем-нибудь из мужчин, я не решалась, робела.

Я любовалась этим кафе, прогуливаясь по пешеходному переходу. Моё внимание ещё привлекал, красивый охранник с благородной внешностью и военной выправкой, стоявший на входе.

Но как-то у меня появилось второе красивое платье молочного цвета и накидка песочного цвета. Мне нравилось, как я в этом всём выглядела и я осмелела.

Прогуливаясь поздним вечером мимо «Домино», я заговорила с Красивым охранником. Он охотно со мной общался, угостил меня чашечкой кофе. Мы пили кофе на улице, так как он должен был находиться на улице. Было  близко к полночи, стояла моя любимая туманная погода, прохожих было мало, из кафе доносилась красивая медленная музыка. Я танцевала на площадке перед кафе, охранник на меня смотрел, не сводя глаз. Я явно ему нравилась, чтобы не разрушать романтическую атмосферу, я долго с ним не общалась, наверное, захотелось поиграть в Золушку, убегающую с бала. Я ушла домой.

Но я строила планы на следующую встречу и думала о том, чтобы признаться ему, что я девственница. Как было бы прекрасно, если бы первый мужчина был такой привлекательный.

Но через несколько дней со мной случилось ещё одно знакомство днём в перерывах между занятиями.

Его звали Алексей, третий по счёту, позже подумала я. Он был спешащий, энергичный и дерзкий. Он на большой скорости уговорил меня остаться с ним наедине. Это было в гардеробе. Он усадил меня на стол. Общался он нагло и призывно. Но мне нравилось, мне тоже так захотелось. Я почувствовала, что я тоже так могу. Когда он попытался меня поцеловать, я укусила его за нос. Он разозлился, обошёл круг злости, посмотрел мне сердито в глаза. Мне стало страшновато, было мгновение, когда мне хотелось его задобрить, перевести всё в шутку, но тут во мне что-то такое проснулось, боевой дух что ли. Я сказала твёрдо и прямо, глядя ему в глаза (как бык на тореро или тореро на быка), что не буду извиняться. А ему понравилось, его злость превратилась в восхищение. Он сильно меня прижал и впился в мои губы. Мне тоже это понравилось, меня сильно потянуло к его животной магнетической энергии.

Потом он пригласил меня к себе на ночное дежурство. Он был  студентом университета и учился на курс старше, и  дежурил по ночам в больнице, точнее в автоклавной. Работёнка не тяжёлая, без пациентов, так что Лёша № 3 практиковал приглашать к себе на дежурства друзей и не только.

Автоклавная находилась недалеко от моего общежития, но и не далеко от морга. Но я была не из робкого десятка. Одна барышня в известной песне по морозу босиком к милому ходила, я же ходила мимо морга.

Я не обещала Лёше № 3, что приду. Но я ждала день его дежурства и вечером нарядилась. Так основательно наряжалась я не часто, ведь для этого нужно особое настроение и состояние души да и день был будничный, не выходной в смысле. Середина осени, прохладно - я одела мягкое тонкое пальто из спандекса красивого коричневого цвета. И ещё я помню большую белую атласную резинку для волос, как символ «невинности», я не очень её любила, но в этот раз она мне показалась уместной.

Я не была уверена, что это подходящий мужчина, для того, чтобы быть первым, но если мне у него совсем не понравится, можно пойти к кафе Домино, что я зря наряжалась что ли?

Я вышла из общежития, когда стемнело, волновалась, по телу пробегала мелкая дрожь. Мне уже 20 лет, а я никак не войду по-настоящему в мир секса, хотя было столько возможностей, и он занимал мой ум уже давно.

Секс всё больше заполнял книги, журналы, телевидение, общение с друзьями и сокурсниками – это давило. И давило так сильно, что меня потянуло к наглому мужчине со звериным магнетизмом больше, чем к романтичному охраннику.

Итак, я постучалась в автоклавную к Лёше № 3. Он был не один, с ним ещё сидело за столом двое молодых людей. Они ели и выпивали. Ничего себе работничек! Да уж! Романтикой тут и не пахнет. Он, похоже, не сильно рассчитывал, что я приду и имел запасной вариант. В любом случае выглядел Лёша № 3 удивлённо и обрадовано.

Я тоже выглядела удивлённо, это было совеем не то на, что я рассчитывала. Но я уже зашла, не уходить же мне с порога, да и мне стало любопытно.

Лёша № 3 пригласил меня к столу. Я присела. Друзья у него были довольно простодушные и ещё таких называют «гуляками». Но самый большой гуляка среди них был Лёша №3. Ему друзья совсем не мешали обхаживать женщину. Наоборот, это была прекрасная возможность продемонстрировать свою харизму. Этой цели служило всё: еда, выпивка, общение, музыка, он довольно прикольно пританцовывал прямо за столом. В будущем я взяла на вооружение эту манеру танцевать, упиваясь собой. Но, в конце концов, я устала от этой экспрессии и от того, что он всё внимание тянул на себя. Да и друзей он подбирал неброских, чтобы не затмевали «звезду», и время от времени исполняли роль поклонников.

В общем, заскучала я. И почувствовала сожаление, что так надолго задержалась в этой компании, потому что в кафе Домино идти уже поздно, а гуляк и дружеского общения мне и в общежитии хватает.

Он почувствовал изменение в моём настроении и переключился со своей персоны на меня, а друзья отошли на задний план и даже куда-то вышли.

Его голос звучал доверительно, и весело, и с каким-то вызовом. Что тебя смущает? – спросил он, подсаживаясь ко мне совсем близко.

Может быть я девственница? – так же шутливо и с вызовом сказала я правду.

Он широко улыбнулся, глаза его заискрились, он посмотрел на меня очень пронзительно, прикидывая, на сколько это правда.

В этот момент вернулись друзья. Они принялись болтать. Лёша болтал уже без прежнего азарта, но разговор поддерживал. Я опять заскучала, встала из-за стола и пошла бродить по автоклавной, раздумывая, не пора ли мне в общежитие. Тут я забрела в какой-то подвал,  Я в нём задержалась, фантазия рисовала всякие необычные картины подземелья, замки, тюрьмы и параллельные миры.

Не знаю, сколько я там  пробыла. Меня нашёл Лёша, вот ты где, - сказал он. Больше ничего не сказал, взял за руку и привёл назад. Друзей уже не было.

Он посадил меня за стол, опять внимательно посмотрел. Сказал, что ему нужно закончить работу, попросил подождать и убежал в другую комнату.

От нечего делать я что-то съела. Осмотрела пустую комнату, в ней был полумрак, Лёша оставил не много света. Я посидела, посидела и решила опять спрятаться – за штору. Скоро он появился. Я слышала его шаги и немного видела силуэт сквозь штору.

Он шёл в мою сторону, мягко отодвинул штору. Я нечётко видела его лицо, но почувствовала, как от него пахнуло радостью. Вот ты где, - снова сказал он. Всё таки, он был рамантик, какие же они разные.

Больше ничего не говорил, он раздевал меня молча. Я не сопротивлялась, я почти не чувствовала своего тела, мне нравилась его близость, его энергия.

В ней было что-то подчиняющее и это было приятно. Настолько подчиняющее, что я даже не смогла настоять на презервативе. Я ведь его совсем не знала, общалась второй раз в жизни. Но он не хотел терять чувствительность. А меня уже захватило его сексуальное поле, и я была его частью, и я оставила эту единственную попытку к сопротивлению и защите. Я вообще была в каком-то трансе. До тех пор пока мне не стало очень больно. Когда он проникал в моё тело, мне было больно и тело его оттолкнуло. Он от меня отпрянул. Я испугалась этого ещё больше, чем боли. В голове промелькнули насмешливые рассказы знакомых о том, что с возрастом если остаётся девственная плевра он уплотняется, и тогда ооочень трудно её порвать.

Не получилось испуганно, а может даже с ужасом, - вскликнула я. Тогда он вошёл в меня рукой и показал окровавленную руку, чтобы я успокоилась. Наверное, представлял себя акушером гинекологом. Мы молча лежали рядом, кушетка была очень узкой, но мы как то помещались.

А я думал, ты прикалываешься, - наконец сказал он. Я промолчала, я вообще с ним больше молчала. Лёша то был довольно разговорчивый, а может и не поэтому, просто мне хорошо было с ним молчать, в эти моменты я была, присутствовала, чувствовала себя и его.

Ты знаешь, я никогда не был с девственницей, - сказал он. Мне хочется, что-то тебе подарить. Что бы ты хотела?

Белые розы, - сказала я. Мне захотелось в этот момент именно белых роз.

Хорошо, будут тебе белые розы, - сказал он.

Лёша устало поднялся, простынь была в крови, и с этим нужно было что-то делать. С меня довольно прилично крови вытекло. Пришлось встать и мне, он убежал с этой простынёй, а когда вернулся, принёс чистую.

Мы опять улеглись на узкую кушетку. Но долго мы так не пролежали. Меня стало одолевать желание повторить. Что было  странно, потому что телу было не очень приятно и конкретно больно. Дело, наверное, было в чувстве близости, которое возникало, я хотела его чувствовать. Второй раз было ещё больнее, и я даже закричала и сильно, хотя у меня была привычка терпеть боль, но тут она мне изменила.

После этого он и я успокоились и улеглись на кушетку. Он лежал на мне, я чувствовала подо мной немного мокро. Я сказала Лёше, но у него сил уже не было ни на что. Он «отрубился», лёжа на моей груди.

Я же заснуть не могла, мне было и приятно, и мучительно так лежать одновременно. И задремала я лишь под утро.

Казалось, будильник зазвенел сразу после этого. Лёша подскочил, стал быстро одеваться и бегать туда сюда. У него были какие-то обязанности на рабочем месте, это было понятно, но чертовски обидно. Особенно, когда он вспомнил про вторую простыню в крови. Мне показалось, что в этот момент он вообще сожалел, что я была тут.

Видимо на моём лице отразилась боль, потому что он подошёл ко мне и мягко сказал, - я же на работе. Я успокоилась. Начала одеваться, у меня получалось медленно, потому что была сильная слабость. Он тревожно на меня поглядывал. С минуты на минуту должна была прийти смена. Ему явно не хотелось, чтобы меня здесь увидели.

Это меня злило, и я не спешила одеваться. Мой дух протеста в этих отношениях проявлялся постоянно. Но сил на протест и одежды у меня было не очень много. Я оделась и пошла к выходу. Он поцеловал меня в дверях и побежал что-то делать.

Я вышла на улицу сама, чувствуя облегчение. Направилась к общежитию и решила, что на занятия я не пойду. Я прогуливала занятия редко, их нужно было отрабатывать по выходным. Но по такому важному поводу решила остаться дома.

Пришла в комнату и выспалась. Самочувствие моё было прекрасным и необычным для меня. Мне было так хорошо самой с собой. Я могла бы на него серьёзно обидеться, многое в его поведении мне не нравилось, но я чувствовала  тепло и родство какое-то. И мне захотелось помыть в комнате окно. И делала я это с большим удовлетворением. Хотя обычно подобную  работу я делаю потому что надо и потому что хорошо, когда чисто. Но чтоб мне было приятно само мытьё?! Это было для меня необычно.

На следующий день я пошла на занятия. Занятия были скучные, а преподаватель занудный. Но во мне что-то изменилось и мне это так нравилось, что я попросила куртку у своего одногруппника. Было прохладно, одногруппник мне нравился. Обычно он вёл себя неприступно и держал дистанцию, хотя я чувствовала от него симпатию. Попросить у него куртку было с моей стороны дерзостью. И дело было даже не в том, что он мог бы отказать, а в том как смотрели на меня остальные девочки из группы, ведь он всем нравился. Обычно я избегала таких ситуаций. Но в этот день я явно этим наслаждалась.




Рубрика произведения: Проза -> Эротика
Количество рецензий: 3
Количество просмотров: 356
Опубликовано: 05.09.2016 в 20:30
© Copyright: Анастасия Никишина
Просмотреть профиль автора

Роман Белозерский     (22.11.2016 в 16:50)
Супер! Очень понравилось, Анастасия! Удачи Вам во всём!))


Abramov     (10.11.2016 в 08:39)
Чувствуется неопытность автора и скудность языка повествования.
Материал нуждается в литературной обработке.
Тема есть, но...
Пишите больше и главное больше читайте профессиональных авторов.
Удачи.

Анастасия Никишина     (18.11.2016 в 14:58)
Приветсвую автора. У меня в свою очередь не возникает желания доверить вам свою литературную неопытность. Поскольку мы с вами с вами существенно расходимся во мнении относительно моих недостатков, путей дальнейшего развития и обращения с такими деликатными темами как в этой истории. А в спорах, когда между людьми нет согласия в каких то вопросах не вижу смысла.





1